– Скорей всего. Крис, но это не повод тебе совать туда голову.

– Не бойся. – Он засмеялся.

И мы наконец-то крепко-крепко обнялись.

* * *

– Да раз плюнуть! – шепотом горячился Павлов. Он не мог ни стоять, ни сидеть, ни лежать, поэтому его устроили полулежа. – Берем плюшку, поднимаем на луну. Там людей-то – от силы два десятка! А киборги в гибернации – это просто бревна в виде человека. Выкинуть их наружу, и все. Пусть валяются.

– А я бы расстрелял в упор оба транспорта и не страдал фигней с абордажем, – сказал Крис.

– Во-первых, серьезно расстрелять нечем, у нас была только одна ядерная ракета, и ту на перехватчик истратили, – сказал Август. – Во-вторых, есть идея, как использовать транспорты. И поскольку этот может быть поврежден, нам нужны два других.

– И как? – недоверчиво спросил Крис. – Нет, я действительно не понимаю.

– Вынести все перегородки и загнать «Дельфины» в трюмы, – сказал Павлов. – Тогда нам наплевать на ловушки в тоннеле. Все щепки позастревают в транспортах, а до «Дельфинов» не долетят.

– Там еще давилки, – напомнила баба Лиза. – Хотя мы пойдем по тому маршруту, каким входили. Обогнем.

– Мы пойдем еще и по провожающему лучу маяка, – добавил Павлов. – Но береженого Бог бережет. Тут важней, сумеете ли вы загнать корабли в трюмы.

– В космосе – легко. На самом малом ходу, – сказала баба Лиза. – При масштабах транспорта это не сложней, чем загнать челнок на борт.

– На луну иду с вами, – сказала я.

– Это еще зачем?! – изумился Крис.

– Затем, что у меня тоже есть идея. Разрешаю запереть меня в самом безопасном отсеке и выпустить только после окончания боя. Идея займет десять минут.

– Договорились, – сказал Крис.

* * *

И что бы вы думали? Он действительно меня запер. Засунул в скафандр полной защиты, потом в челнок.

Надо сказать, что в бою мне было решительно нечего делать. Не та весовая категория, чтобы драться на луне с киборгами. Там нужны тяжелые парни вроде Криса. Поэтому я сидела в челноке, пытаясь то подремать, то почесать левую щиколотку, которую накусали комары – совершенно обычные с виду – во время памятного сидения под дождем. Никогда не пробовали такой фокус в скафандре? У-у, это занятие на полчаса.

Еще меня жутко интересовало, о чем половину ночи проговорили Крис и Август. Крис после разговора выглядел смущенным и озадаченным, вздыхал и хмурил брови, но при этом у него все время выскакивала глупая улыбка. У Августа я спрашивать не стала, мы вообще с ним общались строго по делу, и разговором обмен двумя репликами назвать было нельзя. Я свыклась с мыслью, что больше не буду работать у него. Моя влюбленность тоже прошла. Павлов, в общем, герой ничуть не меньший, если разобраться, но ведь я не чувствую себя восторженной девочкой перед ним? Наверное, я выдумала эту любовь к боссу. Устала жить без любви, вот и решила, что побуду-ка я влюбленной в Августа. А сейчас мне надоели эти игры. Я вернусь домой, разыщу Макса. Вот кого я любила, так это его.