— Тринадцать штук, — подвел итог Август.

— Мокрого места от нас не осталось бы, если б не собаки.

— Ты молодец, что их спасла. Хотя это был огромный риск…

— Очень захотелось, — только и сказала я.

Соня так и держала на мушке человека. Август подошел, поглядел на него.

— Кто это? — спросил он у Сони.

— Не знаю.

— Я Шарль, — просипел тот. — Красавчик Шарль. Это мой дом. Вы откуда взялись?

— Что красавчик — это точно. Особенно сейчас. А мы с неба упали, — сказал Август.

— Мы договоримся, — пообещал Грязный Чарли. — Обязательно. С живым человеком всегда можно договориться, а вы живые, вон, у вас собаки.

Собаки тем временем деловито обнюхивали его.

— Это все, кто тебя вез? — спросил Август, показав на ошметки андроидов. — Или есть еще?

— Нет, остальные в городе. Их там прорва. Как саранчи.

Август наклонился, схватил Чарли за шиворот и легко поставил на ноги. Мы с Соней загнали собак во двор и заперли ворота.

— Может, надо было машины тоже завести сюда? — спросила Соня у меня.

— Смысла нет. Вся дорога в этой дряни, которая у андроидов вместо крови. Любой, кто приедет, увидит. Так что будут там машины или нет, уже неважно.

В холле нас уже ждала Ю Линь. Чарли увидел ее и едва не заплакал от умиления. Кажется, он никогда и никому так не радовался. Его расковали — Ю Линь ловко орудовала заколкой для волос, как отмычкой, — дали воды, виски и сигарету. Чарли пил и курил так, словно вернулся с того света.

— Барон мертв, — рассказывал он. — Ему нечего было предложить этому зверю. Я вообще думал, что убили всех, кроме меня. Убили тебя, — сказал он Ю Линь, — убили Николса, Тана и Барона. И еще кое-кого. Губернатора тоже больше нет. Это точно. Его завалили первым. Я не давал отмашку на войну. И Барон тоже, я уверен. Да нам это без нужды, мы за день до того пересеклись, уладили кое-какие вопросы. Барон хотел собрать всех и обсудить положение. Ему не нравилось происходящее. Кто-то сталкивал нас лбами. Когда мне доложили, что моего парня унизили копы, я сказал — подождем. Подождем, что будет дальше, потому что это провокация. И я позвонил Барону, спросил, что за дела. Тот ответил, что вообще не в курсе. И тут мне докладывают, что я приказал разнести управление полиции. Я понял, кто это. Гусак, мой секретарь. Это он, сука, от моего имени. И насчет Барона я уверен, что предал кто-то из его помощников. Клодан, тварь бешеная, не мог бы купить нас — тогда он купил наших людей.

— Клодан? — переспросила Ю Линь. — Ты уверен?

— Да. Я с ним говорил. Я хотел грохнуть Гусака, но опоздал. Он застрелил мою собаку и выпустил на меня андроидов. Потом пришел Клодан. Ему нужен доступ в мою лабораторию. Гусак выдал меня. Тогда меня засунули в машину и повезли сюда. Когда Гусак подтвердил, что я дал правильный адрес, андроиды убили его. Так ему и надо. Они голыми руками порвали его. Рвали еще живого. Он орал, а они рвали. Потом баба прыгнула ему на плечи и отвинтила голову. Она отвинчивала, а он орал. Господи ты боже мой, как же он орал. А я знал, что через час, когда отдам код доступа, точно так же убьют меня. И я тоже буду так орать. Я ехал и завидовал своей собаке. Ее застрелили сразу, она не мучилась.