— Хорошо.

— Что ж, пойдем. Я провожу тебя. И твоих друзей.

* * *

— Делла, твой сын — общий любимец. Я разбираюсь в людях, из него получится отличный князь, — говорил император. — Хотя он нуждается в строгой руке. Твой домашний врач… ты ведь не огорчишься, узнав, что он провел несколько семинаров для врачей императорской академии? Нам полезен обмен опытом. И мои этнографы немного поработали с твоими индейскими и эльфийскими слугами. В империи практически нет инородцев, мы мало знаем о них. Этот недостаток нужно исправлять. Я надеюсь, эта поездка была очень плодотворной, и для вас, и для нас.

Мы вышли в сад. Ярко блестевшую горку я заметила издали. Светло-желтые диски, видимо, были склеены между собой, потому что горка высотой в метр не рассыпалась, хотя по ней ползали дети.

— Гм, — только и сказал Август.

Император засмеялся.

— Да-да. Памятник китайской коррупции.

Я удивилась.

— Это золото, — объяснил мне император. — Золотые монеты эпохи освоения. Был у нас один любитель антиквариата… Тридцать лет назад его наконец-то арестовали. Расстреляли, само собой. А коллекцию конфисковали. И чтобы неповадно было впредь, использовали ее как элемент дизайна. Мне нравится, когда по куче денег ползают дети. В этом есть красота, вы не находите?

Навстречу мне уже торопилась Санта с Огги на руках. За ней вприприжку, подняв хвост трубой, скакал кот Барсик. Я забрала у индианки сына, прижала к себе. Огги явно потяжелел за несколько дней, да и на глаз побольше стал…

— Кушал очень хорошо, — отчиталась Санта. — Спал сначала плохо, но, возможно, погода повлияла. Сегодня вот — засоня, даже не пискнул ни разу с утра. Я так сразу и сказала: видать, чует, что мамочка сегодня вернется. А так мы всем довольны. С нами, хоть мы тут и слуги, прямо как с царями обращались.

— А где Валери?

— Она вчера подвернула ногу. Ничего страшного, но сегодня ей рекомендовали постельный режим. Кажется, она весьма недовольна. Василиса решила, что будет ее компаньонкой, поэтому лезет спать в ее постель. Валери ругается, но собаку не прогоняет.

А Мэдлин ушла, но быстро вернулась. Ее сопровождало четверо детишек — три мальчика и девочка. Двоих старших я узнала.

— А вот и приемные сыновья Николса, — пробормотала я.

Август покосился на меня, а Макс хмыкнул.

— Делла, они его родные дети, — сказал Макс. — Из-за этого Джимми Рассел и обломал зубы, пытаясь отобрать их. Дети Николса и старшей сестры Мэдлин. Сдается мне, сейчас Рассел не получит их тем более, потому что Мэдлин захочет оставить племянников себе.

Так вот почему Мэдлин поссорилась с Николсом, подумала я. Тот бросил ее сестру. Как все просто.