– Разумеется.

– Меня удивило… пожалуй, поразило, – да, это верное слово, – причем очень радостно поразило то, как Кэрол Монро отзывалась о вас. Обыкновенно женщины весьма ревниво оценивают достоинства своих преемниц.

– Такой отзыв положительно характеризует Кэрол – в первую очередь.

– Да, конечно, и это тоже. Но вы должны понимать, что она вспоминала вас не только в качестве новой жены своего бывшего мужа… Я уверена, что это нисколечки не мое дело, но кто-то полагает, будто у вас с Августом Маккинби исключительно деловой союз, просто оформленный как брачный, кто-то думает, что, напротив, бизнес – прикрытие личных интересов… Меня это не касается. Но ведь ваш союз оформлен как брачный? И потому будет законно называть Августа Маккинби вашим мужем?

У меня что-то екнуло внутри.

– Да, конечно.

– Спасибо, леди Берг. Мне бы не хотелось быть бестактной. Итак, Кэрол вспоминала вас. Оказалось, она знакома с вами очень давно, еще с тех времен, когда вы были школьницей.

– Вот это неправда. Школу я к тому моменту успешно закончила.

– Простите. Так или иначе, но Кэрол упоминала, что вы произвели неизгладимое впечатление на ее деда. А он единственный человек, которого она уважает. И таким образом, ее уважение к деду перенеслось и на вас.

– Очень приятно, но никакого отношения к делу не имеет.

– Да, безусловно. Просто я хотела сказать, что женщина, способная впечатлить Дика Монро, – Ясмин Фора нервно усмехнулась, показав в улыбке разом не менее двадцати восьми зубов, – заслуживает и первого места в орденском рейтинге.

– Дик счел бы ваши слова комлиментом в его адрес.

– Догадываюсь. Кэрол… Она была прекрасна. Но потом она излишне увлеклась некоторыми… э-э… экспериментальными направлениями нашей веры и изменилась. Измененная, она перестала быть мне интересна. И я была рада, когда она попросила прекратить наши отношения. Не знаю, какую роль в этом сыграла Нина Осси… скорей всего, никакую. Катализатор, не более того. Она ведь по своей природе существо, более близкое мне, чем Кэрол.

– Смелое заявление.

– Нет-нет, вы неверно истолковали мои слова. Мы обе не принадлежим стандартному миру. Мы обе – исключение из правил. Нина – гений. Я думаю, что да, она не просто талант, а все-таки гений, но раскроется она лишь после того, как потеряет голос. Сейчас голос кормит ее, и ей нет нужды развиваться как композитору. А я… я – человек-случай. Знаете, меня ни один психолог, ни один психиатр не смог признать нормальной. Но и определить, чем же я больна, они тоже не сумели. Потому что я здорова. Просто все в моей жизни происходит само собой. Я никогда ничего не добивалась. Вы заметили, что я похожа на мартышку?