– Эммануил Гаст, – повелительным тоном произнесла она. – Я призвала тебя, чтобы узнать подробности о смерти Сумеречного охотника по имени Джесс Блэкторн. Ты помнишь его?

Губы Гаста скривились в презрительной ухмылке.

– Да, помню. Щенок Татьяны.

У Люси перехватило дыхание, сердце забилось, как пойманная птица.

– Значит, ты действительно имеешь отношение к его гибели.

Джессамина издала какой-то неопределенный звук, выражавший беспокойство. После продолжительной паузы Гаст спросил:

– Откуда ты узнала об этом, Сумеречный охотник?

– Неважно. Рассказывай все, что знаешь, – приказала Люси. – Я не буду просить дважды.

Гаст скрестил руки на груди и посмотрел на Люси сверху вниз.

– Мне кажется, – процедил он, – сейчас это уже не имеет никакого значения.

– Мне уже известно насчет защитных чар! – нетерпеливо воскликнула Люси.

– Вот как. – Призрак, казалось, немного оттаял. – Татьяна Блэкторн не доверяла ни Безмолвным Братьям, ни Железным Сестрам и не желала подпускать этих людей к своему сыну. Она не доверяла вообще никому, и меньше всего – Сумеречным охотникам. Она наняла меня для того, чтобы наложить на ребенка защитные чары.

– После того как Джессу нанесли руну Ясновидения, он умер, – сказала Люси. – Может быть, это как-то связано с твоими чарами?

Гаст с отвращением сплюнул, и полупрозрачный «плевок» исчез, не коснувшись пола.

– Не я нанес мальчишке первую руну. Его убили ваши драгоценные Безмолвные Братья. Я сделал все, как полагается. Совет магов пренебрежительно относился ко мне, когда я был жив, но я свое ремесло знал.

– Значит, ты сделал в точности то же самое, что сделал бы на твоем месте Безмолвный Брат? – спросила Люси. – Ты можешь в этом поклясться?

Когда Гаст это услышал, Люси показалось, что на лице его промелькнуло испуганное выражение. Он внезапно отвернулся от нее, начал хвататься руками за воздух, словно пытаясь разорвать невидимую завесу и вернуться в темное царство.

– Прекрати, – велела Люси, и призрак замер. Обернулся и бросил на нее ненавидящий взгляд.

Джессамина что-то прошептала; Люси не разобрала слов, но не стала об этом задумываться. Сейчас ей было не до Джессамины.

– Скажи мне правду, – приказала Люси.