Севка бросился к дверце второй машины, вскочил на подножку, вскинул правую руку к козырьку и четко проговорил:

– Товарищ военинженер первого ранга, лейтенант Залесский прибыл в ваше распоряжение для дальнейшего прохождения службы.

Севка спрыгнул с подножки и, сделав шаг назад, замер.

– Там еще прибыл товарищ комиссар из штаба фронта и генерал. – Севка указал правой рукой на Евграфа Павловича. – Я такого и не видел в жизни.

Егоров был готов к чему угодно. Наверное, даже получив пулю, он бы все равно успел провернуть ручку на пульте. Но в него не стреляли. Его не пытались остановить. Ему просто не дали возможности задуматься.

Слева донесся голос комиссара, кричавшего на кого-то и требовавшего объяснить, кто позволил черт знает кому сидеть в кабине секретной военной техники и прикасаться к пульту управления. Да вы знаете, кричал, надсаживаясь, комиссар, что вам за это положено? Немедленно покинуть машины! Немедленно!

Комиссар стоял перед двумя левофланговыми установками, Севка его не видел, но хорошо представлял, как тот выглядит в форме, со звездами в петлицах, при своих трех орденах Красного Знамени», двух Красной Звезды и медали «Двадцать лет РККА».

Какой боец, застигнутый на горячем и обвиненный в нарушении инструкций, сможет устоять перед таким напором? Никто.

Никто и не устоял.

Бойцы пулей вылетели из машин и замерли по стойке «смирно». Егоров зачарованно смотрел на генерала, ничего не видя вокруг. Даже Сличенко потерял на мгновение дар речи, замер на подножке и не отреагировал, когда старший сержант Малышев распахнул дверцу со стороны водителя и за шиворот выволок бойца наружу.

– Тебе что, особый приказ нужен! – крикнул Малышев, сделал несколько четких шагов вперед, вытянул левую руку и скомандовал: – В одну шеренгу – становись!

Бойцы бросились в строй без оружия.

– Р-равняйсь! Смирно! – выкрикнул, надсаживаясь, как на плацу, Малышев и строевым шагом двинулся навстречу комиссару. – Товарищ дивизионный комиссар, личный состав по вашему приказанию…

Закончить старший сержант не успел – слева, от машины, ударил пулемет. Репа стрелял с ремня, очередь прошила строй слева направо, бойцы ничего не поняли и даже не попытались бежать. Падали один за другим.

Падали-падали-падали…

Потом пулемет замолчал. Над лесом с криком взлетели вороны.

Севка шагнул вперед и ударил Егорова рукоятью револьвера по затылку. Военинженер рухнул как подкошенный. Севка повернулся к командиру батареи. Сделал два шага, чтобы помочь Орлову, но тот просто поднял пистолет и выстрелил капитану Сличенко в спину.