– Все, – сказал старший сержант Малышев.

Никита, вынырнувший из-за машины, прошелся вдоль расстрелянных, дважды выстрелил из револьвера, добивая.

– Вот теперь – все, – удовлетворенно произнес Орлов. – Что там с химиком?

– Живой, – ответил Севка.

– Вот и отлично, – сказал Орлов и посмотрел на часы. – Время «Ч» плюс четыре с половиной минуты. А мы с вами молодцы, ребята.

Орлов снова посмотрел на часы.

– Значит, действуем следующим образом… – Орлов посмотрел на комиссара. – Вы отводите своих людей… Да вон хотя бы к грузовику на гати. И там их… проинструктируйте. У нас есть еще полчаса на все про все… Полчаса.

Севка вернулся к машине, взял свой автомат, спрятал револьвер в кобуру. Он не знал, кто будет избавляться от группы. Наверное, Никита. Или Никита вместе с Костей.

Военинженер первого ранга застонал.

– Артем Егорович! – радостно вскричал Орлов, бросаясь к нему. – Вы уж нас простите…

Орлов подхватил Егорова под руку, помог встать.

– Да вы присядьте пока, Артем Егорович. Вот сюда, на подножку. Присядьте, отдохните. Мы еле сюда успели. В самый, можно сказать, последний момент.

– Что… что происходит? – выдавил Егоров, ощупывая затылок. – Кто вы?

– Мы – из штаба фронта. Получили информацию о немецком агенте, который должен был спровоцировать…

– Немецком агенте… – повторил за Орловым военинженер. – Значит, я мог…

– Ничего страшного, Артем Егорыч. Абсолютно ничего страшного. Сейчас мы все здесь закончим и отправимся на аэродром. Там на самолете – в тыл. Ваш помощник, Мовсесян, весь просто извелся… Душевный человек. Это он сказал, что к вам приходил капитан Сличенко…

Егоров усмехнулся.

– Что-то не так?

– Мовсесян… Ашот Гамлетович не знал, что у меня был Сличенко. Не знал…

– Да… – протянул разочарованно Орлов. – Ошибочка вышла. Ну да ладно. Важно для вас сейчас что? Правильно, важно, чтобы все это… – Орлов обвел руками вокруг себя, – чтобы все это не попало к немцам. Особенно снаряды.