— Можешь поднять свой пистолет,
На долю секунды я задумалась, но он был прав. Это была одна из тех причин, что делала взаимодействие с древними вампирами предпочтительнее, чем с более слабыми новичками. Недавно созданные вампиры лгали настолько же легко как и люди, их слово ничего не стоило.
Я сняла палец с курка и отвела пистолет назад. У него на коже отпечаталась отметина от ствола. Если бы он был человеком, остался бы синяк. Я отступила назад и только потом подняла взгляд, чтобы посмотреть ему в глаза. Я ожидала увидеть в них злость, но вместо этого увидела уважение, даже преклонение. Этого я не ожидала.
— Мне позволено встать? — спросил он.
— Позволено, — разрешил Жан-Клод.
Миша продолжал смотреть на меня и не двигался с места.
— Ты слышал своего Господина и Мастера, — сказала я.
— Но не он убьет меня, а ты.
— Он не будет
— Справедливо, моя темная королева, но у тебя есть пистолет, а у него нет.
— Вставай, Миша, но без глупостей.
Он осторожно сел, не отрывая от меня взгляда.
— Ты бы убила меня.
— Это характерно для моей работы, — ответила я.
— Убить кого-то, отнявшего человеческую жизнь, имея на руках ордер на его уничтожение, не то же самое, что просто застрелить меня из-за того что я просто подумал о причинении вреда Истине. Или ты ценишь его как любовника сильнее, чем мы думали, или ты сделаешь это, чтобы защитить любого из своих телохранителей.
— Я не направляю оружие на кого-то, если не готова спустить курок. Я не нажимаю на курок, если не готова убить. И я никогда не блефую, Миша; мы поняли друг друга?
— Нет, но если ты спрашиваешь, верю ли я, что ты убьешь меня — тогда да, я верю. Глядя в твои глаза, я не вижу в них ни угрызений совести, ни облегчения из-за того, что тебе не пришлось бы меня убить. Тебе просто все равно, как поступить, ты ничего не чувствуешь по поводу того, что только что произошло. Не знал.
— Не знал чего? — спросила я.