— Животных труднее поймать, чем ты думаешь, — сказала я. — Но на самом деле нельзя поддерживать себя на крови животных, даже на только что убитых.

— Почему?

— Потому что нужна искра, эта дополнительная энергия, которая находится в крови людей.

— Хочешь сказать что они выпивают чью-то душу?

— Это предполагает что у животных нет души, так что нет, не хочу.

— Ладно, что тогда? Что в нас такого особенного для вампиров?

Я улыбнулась:

— Если сможешь дать на это исчерпывающий ответ, Хетфилд, то разгадаешь тайну на которой столетиями бьются философы и религия.

— Оу, — вырвалось у нее. — Ясно. Но с чего ты взяла, что это просто пробудившийся старый вампир?

— Потому что это очень редкий талант, и такой я встречала только у древних вампиров. И если это и правда такой старый и сильный вампир, то мы об этом узнаем. Невозможно скрыть столько силы и от вампиров и от человечества, не говоря уже об оборотнях. Он смог подчинить моего друга через укус вампира, которым он овладел. Ему даже не пришлось самому кусать, и все равно смог контролировать Арэса, или свести его с ума на расстоянии.

— Я никогда даже не слышала о вампирах, способных овладевать собственными потомками, только в книгах о током читала. Тебе следует написать об этом куда-нибудь, и опубликовать, чтобы остальные из нас могли это прочесть.

Я глянула на Эдуарда, он в ответ посмотрел на меня.

— Не все по-настоящему старые вампиры любят, когда их секреты всплывают наружу, Хетфилд.

— О, так ты хочешь сказать, что они до сих пор живы. Я решила, что вы их убили.

— Я не убиваю каждого встреченного мною вампира, Хетфилд.

Она выглядела немного смущенной:

— Полагаю, что нет; то есть, ты же с твоим Мастером Города. Без обид.

— Все нормально, я с ним встречаюсь.

Мысли на лице Хетфилд сменялись так быстро, что я не была уверена о чем она думает; может она и сама не знала, о чем.

— Просто скажи это, Хетфилд, — предложил Эдуард.