Я собиралась сначала повидаться с Микой и попытаться помочь ему распутать цепи вины и любви, что он испытывал к отцу. Потом поговорить с Генри. Он боевой ветеран из спецназа; он уже получал ранения до того, как его схватили вампиры, но от этого ранения погиб его отец. Думаете все пройденное хоть сколько-то смогло подготовить его к такому? Я как-то сомневалась, что даже спецназовская подготовка могла на самом деле подготовить к подобной утрате, к вине выжившего, что вероятно была частью призрака, пришедшего с ним с войны, и которая добавила новое блестящее звено к его дребезжащей цепи.

С настоящими призраками куда проще иметь дело, чем с тем, что заседают в наших головах. Многие люди терзают себя похлеще любого духа.

Глава 67

Глава 67

В коридоре Гонсалез успокаивал маму Мики. Она плакала, и на секунду я боялась худшего. Мой желудок скрутило от страха, но, расправив плечи, я продолжила идти; не отступая и не сдаваясь.

— Кто это? — тихо спросил меня Домино.

— Микина мама, — пробубнила я себе под нос.

— Серьезно?

Я взглянула на него, но выражение лица прочитать не смогла, так как глаза были скрыты за солнечными очками. Но обрадованным он точно не выглядел; хотя не думала, что вся эта шумиха вокруг смешанной расы могла кого-то вообще волновать. Кроме клана вертигров конечно, но не думала, что Домино с его смешанной родословной это затронет.

Увидев меня, лицо Бэй просветлело даже сквозь слезы, и от того, что дело не в смерти ее «мужа», мне полегчало, потому что в таком случае я могла ей чем-то помочь. Люди и раньше хотели, чтобы я подняла их почивших возлюбленных, но, думаю, Беатрис не на столько глупа.

Она обняла меня куда крепче, чем можно было ожидать, и не смутилась, наткнувшись на все мое снаряжение. Бэй много лет пробыла замужем за копом; возможно, именно поэтому ей не впервой натыкается на оружие при объятиях.

Я сделала единственное, что могла — обняла ее в ответ, отчего она обняла еще крепче. Как говорится — инициатива наказуема, и, в итоге, я скорее держала ее, чем обнимала. До меня вдруг дошло, что у нее ослабли колени, и, сгруппировавшись, я приняла ее вес на себя. Ощутив мою силу, ноги окончательно ей отказали. Она была тяжелее меня килограмм на двадцать, а то и тридцать, но к счастью для нас обеих, у меня не возникло проблем с ее удержанием. Просто это было вроде как неожиданно.

— Нужна помощь? — спросил Никки.

— Пока нет.

Она точно не упала в обморок, потому что все еще держалась, скорее было похоже, что ее захлестнула какая-то неразличимая с виду эмоция, и которую она решила переждать на мне.