— Беатрис, Бэй, вы меня слышите? — обратилась я к ней.

Гонсалез топтался рядом:

— Бэй, вы в порядке?

Она стала сползать сильнее, и я не выдержала:

— Никки, помоги мне усадить ее на стул.

Я могла выдержать ее вес, но балансировка тела, все же, не как у штанги. Тело труднее подниматься, особенно если в твои планы не входит случайно навредить человеку, или если на нем платье, как на Бэй, и ты не хочешь ничем сверкать на всю комнату, чего я точно не хотела.

Внезапно рядом с ней оказался стул, в руках офицера в форме. Никки с Гонсалезом кинулась помочь мне ее усадить, и из-за перебора с усердием, мы не могли скооперироваться. Она выглядела бледной и с расфокусированными глазами.

Я дотронулась до ее лица. Оно было липкое на ощупь.

— Бэй, вы меня слышите?

Она моргнула, глядя на меня, слегка кивнула и ответила:

— Да. — Ответ вышел хрипом.

— Когда вы в последний раз ели?

Она не смогла вспомнить.

— Как много жидкости выпили?

Сегодня она совсем не пила. Кто-то отправился ей за водой, а еще один офицер к автомату со сладостями. Я опустилась на колено на пол перед ней и позволила ей взять себя за руку. Я бы сказала, что держала ее, но, казалось, ей просто нужно было прикосновение.

Мы дали ей немного воды, Гонсалез держал чашку между глотками. Сладкий батончик вернул немного цвета ее щекам.

— Простите, — сказала она, тихим, сиплым голосом.

— Бэй, вы должны лучше заботиться о себе, — ответила я.

— Я просто хочу как можно больше времени провести с ними.

— С ними?