– Как насчет моей сцены в шкафу?

Дарси потупилась, ее щеки начинали гореть.

– Просто случайность.

– Неприятности в раю для подростковых авторов? – осведомился Стэндерсон, блестя глазами. – Выкладывайте мне все как на духу.

– Разве мы обязаны? – взмолилась Дарси.

– Да, – подтвердила Имоджен и повернулась к Стэндерсону. – Итак, «Пиромантка» – первая книга в трилогии, верно?

Он кивнул.

– Пока она потрясающая.

– Спасибо… – Имоджен опьянела от похвалы, но сумела продолжить. – Вторая книга уже отправилась к литературному редактору, и я начинаю третий роман «Фобомант».

– Вместо огня в нем будут фобии. Главная героиня боится закрытых пространств, и предполагалось, что книга откроется тем, как ее заперли в шкафу. Великолепно, не так ли? Но я поделилась идеей с моей подружкой, – Имоджен щелкнула Дарси по плечу. – Она заново переписала одну из своих сцен, и теперь ее героиня не может выйти из шкафа, да еще и паникует в довершение из-за клаустрофобии!

– Это совпадение! – возразила Дарси.

– Я думал, ты имела в виду чистую случайность, – сказал Стэндерсон.

– И то, и другое! Совпадение потому, что я уже распиналась о том, какой шикарный шкаф у папы Лиззи, а Минди предпочитает прятаться в шкафах! Именно поэтому я им и воспользовалась. Но я писала по наитию и ничего толком не осознавала. Так что случайность тоже имеет место! Вдобавок, Джен, ты сама говорила, что это лучше, чем первая версия, где старик появляется из ниоткуда и умыкает Минди.

– Точно, – согласилась Имоджен. – Но сцену придумала я!

– Но твоя новая сцена идеальна! – Дарси посмотрела на Стэндерсона. – Ее героиню запирают в багажнике машины! Намного страшнее, да?

Имоджен не стала спорить и оторвала крошечный кусочек от салфетки под столовым прибором.

– Мы частенько воруем, – примирительно произнес Стэндерсон. – Секрет в том, чтобы красть у обычных людей, а не других писателей-романистов.

Имоджен смягчилась.

– Моя первая девушка была пироманкой, а я не могу припомнить и половины строк, которые у нее похитила.

– Ариэль была реальной? – Стэндерсон с интересом наклонился вперед. – Просвети-ка меня.