Имоджен внимательно выслушала подругу, а затем уставилась в окно. Ее пальцы слегка подергивались, как будто она набирала невидимый текст на своем ноутбуке.

– Разумеется, – наконец, вымолвила она. – Кто бы этого не хотел?

– Спасибо, – выдохнула Дарси.

Имоджен кивнула.

– Ты получила жизнь, о которой мечтала, и ты не можешь позволить себе ее испортить. Однако спать у твоих родителей в комнате для гостей или украдкой срывать у тебя поцелуи, когда никого нет рядом, вовсе не жизнь моей мечты. Я не намерена провести Рождество в качестве твоей тайной подружки, которая на пять лет старше тебя.

– Панча Ганапати, а не Рождество, – отчетливо произнесла Дарси. – А при чем здесь твой возраст?

– Именно поэтому ситуация становится крайне неловкой, – снова отвернувшись к окну, ответила Имоджен. Батарея под столом загудела и забулькала, готовясь к новому выбросу тепла.

Дарси выдавила из себя улыбку.

– И кто теперь трусишка?

– Ты! Общепризнанная трусиха – ты, – отрезала Имоджен. – Но если я действую с тобой заодно и лгу твоим родителям, то я тоже – такая. А мне-то положено быть старше и мудрее.

– Старше и мудрее меня? – повторила Дарси. – Джен, это же проще простого!

– Мы порой чувствуем себя самозванками, но ты не должна из-за этого страдать. Если хочешь, чтобы жизнь твоей мечты стала явью, тебе нужно соединить новую Дарси со старой. – Имоджен понизила голос, добавив: – Ведь я тоже соединила Имоджен Грей с Одри Флиндерсон. Я должна была тебе рассказать, несмотря на то, что ты могла меня возненавидеть.

– Этого бы ни в коем случае не случилось, – заверила ее Дарси и погладила пальцы Имоджен. – Но завершение книги, встреча с родителями и мое взросление – все как-то очень затянулось. Я и не предполагала, что на меня столько всего навалится.

Утром первого дня после приезда домой в Филли Дарси с сестрой были заняты нанизыванием бледно-желтых фонариков вокруг картины с изображением Ганеши, которую их мама принесла с чердака. Владыка Ганеша стоял с поднятой в воздух пяткой, готовый танцевать. Но он еще и медитировал, его раскрытые ладони обращены к зрителям. Над ним, издавая свежий лесной запах и роняя иглы на бежевый ковер, выгнулась аркой пара свежесрезанных сосновых веток.

– Мигающие или нет?

Ниша отступила, обозревая их работу.

– Мигающие.

– Тогда поехали, – и Дарси вставила вилку от гирлянды в розетку.

Спустя мгновение Ниша покачала головой.

– Это лишь мерцание, Патель. Чересчур медленно, чтобы счесть его миганием.