Ниша фыркнула.

– Уверена, технически данный термин называется «восхитительная чудила».

– Какое тебе вообще до нас дело?

– Мне любопытно, Патель. Вдобавок после твоего отъезда на меня набросятся старшие Патели. Но я буду иметь целый ворох ответов!

Дарси сделала глубокий вдох.

– А если я им ничего не расскажу?

– Не будь трусихой, Патель.

Вот оно, снова это слово. На миг Дарси задалась вопросом, что Имоджен и Ниша согласовали свои нападки.

– Сегодня первый день Панча Ганапати, – проговорила Ниша. – Лучший момент для признаний в кругу семьи!

Дарси встрепенулась. Еще с самого детства для них с Нишей главным был последний день Панча Ганапати – ведь тогда они могли смело открывать подарки. Она успела позабыть, что сегодняшний вечер посвящен исключительно семейным отношениям.

– Когда ты стала такой религиозной?

Ниша пожала плечами.

– Я верую в математику.

– Математику?

– Подруга, индусы придумали ноль, и еще есть мантра тысячелетней давности… просто степени десятки, от сотни до триллиона.[107] Что, круто?

Дарси приподняла бровь.

– Вероятно, у нас с тобой разные интересы.

– Послушай, папа дал мне книгу для индийских детей, и в ней говорится, что, если сжечь все копии «Вед», их истины откроются по новой. Это можно понять, лишь говоря с позиций математики.

– Ха, – сказала Дарси, бросив взгляд на картину с Ганешей. Гирлянда наконец-то замигала. – Но это же просто числа, сестренка?

– Да, числа! – заявила Ниша с выражением непоколебимой уверенности на лице. – Вселенная – самая крутейшая математика! Вот в чем состоит моя вера, Патель.