Светлый фон

Черный лебедь

Черный лебедь

Одилия скорее пала духом, чем рассердилась, когда ее обнаружили. Хотя в лебедином обличье она должна была отличать в стае одного лебедя от другого, проплавав полдня, ей не удалось найти Эльстер. Или, если даже нашла – девушка-Одилия не могла называть этих лебедей самками, хоть папа и настаивал на правильности терминологии, – она никак не заявила о себе.

– Ну его к жабам, это лебединое тело, – проворчал отец. – Хочу видеть лицо моей дочери.

Одилия мысленно произнесла фразу из rara lingua, которая развеяла ее оперение и изменила обличье. Превращение оставило после себя слабость и чувство голода: она видела, как отец, обернувшись филином, разом проглатывал зайца, но сама даже в лебединых перьях не могла заставить себя подкрепиться водорослями и мучнистыми корнями камыша. Широкие крылья обратились в руки, и пальцы вцепились в мох между камнями.

– Ну вот и моя дурнушка. – Отец с улыбкой ласково поднял ее за руки. – Лицом проста, да нравом мила. – Он погладил ее щеку большим пальцем.

Она слышала любовь в его голосе, но это привычное умиление ее неказистым лицом и неуклюжей, долговязой фигурой все же ранило. По ее носу вниз скатилась слезинка.

– И зачем тебе якшаться с этой стаей? – Он снова погладил ее по щеке. – Иди домой. – Отец медленно повел ее к двери. – Сегодня уроков больше не будет. Сядь у окна, а я созову певчих птиц на парад – уж они-то, надеюсь, тебя развеселят.

Одилия кивнула и вместе с ним направилась обратно к башне. Но она бы предпочла, чтобы папа научил ее еще нескольким фразам из rara lingua. С тех пор как ей исполнилось шестнадцать лет, он с неохотой делился заклинаниями. Сначала Одилия подумала, что она провинилась и это наказание, но теперь начала подозревать, что папа считает магию, как и яркое оперение, привилегией самцов. В книгах, которые он теперь позволял ей читать, больше говорилось о гнездовании, чем о колдовстве.

Из его рассказов Одилия знала, что он был всего на несколько лет старше ее, когда ушел из деревни, выбрал себе прозвание по-солиднее и объездил весь мир. Он побывал там, где древние авгуры гадали на внутренностях животных. Он разговаривал со стаями ибисов на Ниле и отразил атаку медных когтей гаганы на островке, затерянном в Каспийском море.

Но он так и не рассказал, как ему удалось то, что по силам лишь настоящему чародею, – поймать гербового орла. Одилия и сердилась на отца за скрытность, и гордилась им.

Гербовый орел

Гербовый орел

Единственный уцелевший отпрыск легендарного зиза древних евреев, гербовый орел – редчайшая из хищных птиц. Не зная себе сородичей, гербовый орел не умеет говорить от одиночества и редко чистит свои темные перья. Говорят, что распростертые крылья его простираются от края до края горизонта, так что в небе ему не остается места для полета, и сия шутка природы печально восседает на одиноких утесах и руинах.