«Куда там, дорогие мои секуляры! Чаю, невместно и немыслимо этакое безобразие рыцарю-неофиту второго круга посвящения, находящемуся в трезвом уме и твердой памяти.

Помню-помню, по молодости лет, по несознательности я эдак нечаянно круто ошпарил куриным бульончиком любимого зятька и сестрицу. Так же неосознанно их и подлечил тогда холодной водичкой. Ежели с кем оно ни бывает, то со мной такого быть нынь не должно…»

Предохраняться от непроизвольного использования натуральной магии, искажающей результаты духовных дивинаций и конъюраций, наш неофит уже умел. Сам ли он по глупости порой забывал о самобытном магическом естестве либо кто-то безумно прибегал к дурной природной волшбе в окрестностях, в любом случае рыцарь Филипп мог специально отстраиваться от колдовских помех. Или вообще подчистую подавить всякое житейское волхование и чародейство в радиусе 50 метров вокруг себя.

Но это в теории и в принципе. На практике же Филипп старался везде обходиться минимальным теургическим воздействием. Притом лишь тогда, когда оно принципиально необходимо и орденски регламентировано.

Так или иначе надо ставить полную защиту от любого магического проникновения по всем азимутам в спальне, где у него расположен транспортал, ведущий в убежище. В дополнение пришлось прикрыться от соседей сверху, «чтоб не топали слонами по голове».

«Господи, помилуй! Выходит: ни старые надежные перекрытия, ни трехметровая высота комнат, ни новомодные натяжные потолки от слоновьего стада, проживающего на четвертом этаже, не спасают».

Хуже того, домохозяйственная и семейственная мамаша — «у-у-у, вашу мать, из рака ноги!» — питала к мужу, к двум детям-подросткам столь темпераментные и пламенные чувства, что неизменно и чародейно травила опостылевшим ближним кормежку, пережаривая ее, переваривая, пересаливая…

С проклятиями в адрес домочадцев совершенно невообразимую ворожбу она творила под аэродромный рев стиральной машины и турбореактивный вой пылесоса, подчас напрочь вырубая временную аудиозащиту, поставленную Филиппом.

«Ага! Не тут-то было!»

По совету арматора Вероники рыцарь Филипп в образе и подобии учебно-тренировочного задания применил к верхней соседке сильнодействующее средство.

Однажды он ее, ту «толстопятую с четвертого этажа», подкараулил на лестнице. И, «оба-на, дважды зашарашил» спереди и сзади той бесовской слонихе по всей «ейной неудовлетворенной климактерической сексуальности лучом ледяного огня». Правда, на самой малой мощности рыцарского сигнума.

До полной фригидности, наверное, дело не дошло, как считает Ника. Однакось осталось неизвестным, насколько эта бытовая ведьма-фефела остыла в постели и доволен ли отец семейства. Хотя при любом исходе недостаток темперамента у супруги ему должен быть компенсирован мало-мальски качественной пищей.