В первую очередь его кулинарный корм пошел в любимую подружку Настю. Вышло плодотворно, весьма питательно, основательно. Ввиду чего она начала всерьез опасаться за свою талию и того, что старая дева тетя Агнесса вдруг заподозрит ее в подростковой беременности.

— …Прошлой зимой меня чуток разнесло, когда я с обормотом Стасиком дружила. Села на диету, типа капуста, там, огурцы, помидоры соленые. Как не фиг делать тетка тесту на беременность не поверила, к гинекологу живьем потащила.

Дядька — знакомый, он ей лапшу на уши всю дорогу вешает, вещает о моей девственности… Стопудово…

Ой, Фил, ты так вкусненько семгу маринуешь. Что-то меня опять на солененькое разволокло…

В то же время сестрице Нике, нередко столовавшейся на обедах у людского смиренника братца Фильки, нет нужды и печали беспокоиться о фигуре. Как-никак арматорский метаболизм и две степени доктора медицины позволяют ей профессионально, вкусно и здорово переваривать то, чем ее кормил рыцарь-неофит, без магии и теургии устраивающий гастрономические чудеса в решете, в сите, в сотейниках, в кастрюльках, в сковородках и с помощью прочей кухонной утвари.

Вот здесь-то Филипп опять мог побороться с неизбежной гордыней. Едва только он вспоминал, чего такого из кухмистерских инструментов и оборудования ему недостает, тут же исчезало какое-либо самодовольство. Наоборот, даже возникал повод пожаловаться тому, кто его лучше всех понимает.

— …Понимай, Настена, поварня моя любимая покамест таковой предъявляется лишь в первом приближении. Чего ни возьми, того-сего не хватает. К примеру, хороших фигурных ножей или шприца для крема… Электропечь хочу правильную, с программным управлением и турбонаддувом, мультиварку…

Специи и пряности тоже нужны. Сама знаешь, в этом городе и стране отнюдь не все запросто укупишь. Никакого тебе благородного спроса и экзотического предложения, из рака ноги. Массу нужных вещей сюда не привозят, их не продают…

И-и, милая, надоть самому заграницу выбираться. Что ни говори, нам бы в Париж по делу…»

— 3 -

Из заграничной поездки Гореваныча с Ванькой ждал Филипп привоза шафрана и ванили, отдельно оговоренных. Приобретение прочих, дефицитных в здешних краях поваренных ингредиентов, он оставил на усмотрение ясновельможного Игоря Ивановича Смолича, тоже знавшего что почем в качественном и благородно честном питании.

По возвращении семейной делегации из Парижа он с удовольствием собирался попотчевать изысканным обедом Игоря Ивановича в качестве заслуженного и почетного гурмана:

«Всенепременно будет нашему Гореванычу шляхетский гусь с яблоками и ореховое суфле. Честь честью…»