В этом меня также убеждает относительная достоверность видения, опосредованного вашим даром, артефактом из убежища и вашим именным экземпляром Продиптиха.

По правде сказать, не совсем совпадают по понятным причинам некоторые исторические детали, пейзаж и антураж.

Как бы вам там ни привиделось, в начале XIV века реально существовал адепт-отступник, пытавшийся в манихействе отыскать пути реализации теургии без ретрибутивности. Он на самом деле подвизался в кругах тамплиеров и пропал без вести на территории герцогства Лотарингия.

По поводу же его оппонента, поименованного Альберином сиречь доктором Рой-Бланшем, могу сказать, что согласно не совсем достоверным данным, то есть по слухам и разговорам среди клеротов, будто бы после гибели архонта Гая Юния Альберина его асилум каким-то модусом дублировал своего симбионта. Говорят, время от времени он выпускает теургически дееспособное и сполна разумное альтер эго достопочтенного архонта в наш богохранимый мир.

Рыцарь-адепт Рандольфо как прямой потомок достославного архонта исследовал данный вопрос. Однако ни подтвердить, ни опровергнуть оный слух он категорически не возжелал.

Прорицать прошлое здесь бесполезно. И не мне это делать, коль скоро носители харизмы столь высокого уровня посвящения из знаменитой фамилии италийских Альберинов постарались сохранить эту историю под покровом эзотерической тайны.

В вашем видении, мой рыцарь Филипп, имеется еще один знаменательный и познавательный аспект. Я удивляюсь тому, как ваш арматор Вероника не сумела узнать ту романскую базилику.

Знамо дело, собор Бог весть когда перестроили на готический лад, и ныне он имеет место быть не только историческим памятником и туристическим объектом, но и крупным транспортным узлом Западно-Европейской конгрегации нашего ордена. Вероника Афанасьевна, пусть и транзитом, не могла его миновать, бывши хотя бы неофитом.

— Она сказала, как если бы ей не очень приятны девичьи воспоминания о войне, — Филипп выдал с потрохами Веронику.

— Возможно, между прочим, возможно… Впрочем, я не ошибусь, ежели стану утверждать, что одна из дверей вашего асилума ведет напрямую в эту достопримечательную локальность. Разрешаю проверить, Фил Олегыч.

— Непременно, Пал Семеныч, непременно…

После весьма содержательной и продолжительной беседы с наставником, определенно скучавшим вдалеке от ученика, Филипп отправился домой. Он таки опасался, как бы гостеприимной хозяюшке, настойчиво упрашивавшей его остаться у нее переночевать, опять не взбрела в ее хорошенькую головку идея-фикс развеяться в тире.