Закончив с чистописанием, он свернул пергамент и убрал за пазуху. Теперь он действительно взялся за изучение тетради. Содержимое записей мельника было предельно сжатым и лаконичным, без лишней воды и отступлений. Обычно каждая запись сводилась к имени (при её наличии и кличка была указана) контактного лица, описанию его внешности и примет, потом следовала запись о том, где его можно найти. Записи были структурированы по роду занятий контактов, чтобы быстро находить, к кому и за чем обратиться. Быстро отыскались вынесенные в отдельный раздел контакты среди орков. Особняком во второй половине тетради было что-то вроде ежедневника с заметками о назначенных встречах и делах, намеченных на определённые даты.

В целом, этот кладезь бандитских знаний был почти бесполезен для северянина, который был в стране относительно недавно и вряд ли смог бы опознать кого-либо из описанных людей. Имён же из тетради он тоже не знал, за исключением тех, кого лично уже успел упокоить. И, тем не менее, в заметках фигурировало множество гильдейских нычек вроде этого склада, или накрытого в городе притона, причём, с адресами. Так что определённую пользу из находки можно было извлечь. Также записи подтвердили, что мельник изначально хотел выморить жителей деревни, чтобы сделать её одной из опорных пунктов гильдии, расселив членов своей организации здесь под видом крестьян. Это было важно из-за близости селения к границе и пограничному тракту. Дети же, хотя о них и не упоминалось в записях, судя по всему, стали удачным шансом для поголовного истребления местного населения, заодно оставлявшим, за исключением этих трёх убийств, его руки чистыми.

Также из злополучной тетради удалось узнать, что внушительная часть съестных припасов, хранившихся в амбарах, была перепрятана в погреба умерших первыми жителей села. Видимо, Истр не стал размениваться на продажу урожая, решив припрятать его для тех, кого собирался здесь расквартировать после исполнения своего плана по истреблению населения.

Стоило сравнить перечень этих имён с кличками, упоминавшимися в расходной книге, найденной при зачистке того столичного притона. Да и вообще присесть вместе с лордом и перевести ему творчество этого сельскохозяйственного убийцы, он явно знает больше людей в своих землях, чем приезжий наёмник. Может, узнает по описаниям кого-то из знакомых.

Пока Хротгар штудировал это, совсем не священное, писание, друзья добрались с ревизией до того амбара, в котором сидел он.

Некоторое время спустя, при вскрытии очередного ящика раздался крайне воодушевлённый возглас Хельмара: