— Ты сейчас шутишь, да? — Не поверил Фёдд с ходу в сказанное.

— Нет, СЕЙЧАС я как раз не шучу. Шутка была в том, чтобы ты съел сердце и печень того шамана и не заметил! — На лице Мясника расплылась широченная улыбка, а Андрей почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота, ему живо вспомнились званные ужины у Ганнибала Лектера в известном фильме.

— Но как? — Подавляя рвотные позывы выдавил из себя возрождённый.

— О, а на эту тему мы с Бъёрни и поспорили! Он не верил, что я сумею скрыть вкус столь необычной дичи! — Гордость просто била фонтаном в голосе и ауре Райнара. — А секрет весь в том, что перед тем, как кинуть мясо в котёл, я его двое суток мариновал, хренли ты думаешь, оно таким нежным получилось? А ещё я оркской крови в бульон добавил, дабы наваристее получилось и картошка тоже ароматом пропиталась, чтобы контраста не было. И я уже молчу про специи и травы!

— Ты, хоть, понимаешь, что каннибалом меня сделал? — бесцветным голосом поинтересовался новоявленный пожиратель орков.

— Да не, ты что? Мы об этом долго спорили! — Вмешался в разговор Торстейн. — Каннибализм — это если бы ты сейчас человечинки поел, а орки — другая раса вообще! — Андрей невесело усмехнулся, подумав, что с такой логикой на земле белым не возбранялось бы есть чернокожих и азиатов, равно как и цветным белых и друг-друга…

— А ничего, что у них тоже две руки, две ноги и голова, в которой, кстати, есть разум? Только они покрупнее, выглядят чуть иначе и говорят не по нашему… Я, кстати, их язык понимаю! — Осадил здоровяка бессмертный. — Может, ты и цверга попробовать на зуб хочешь?

— Не, цвергов нельзя, они дружественный народ, а вот альвом бы я закусил! — Расплылся в мечтательной улыбке Здоровяк, это было столь же заметно по его ауре, как выпущенные кем-то газы в переполненном автобусе, а Андрей был готов биться головой об стол. — Мне один берсерк знакомый, кстати, с почином тебя, рассказывал как-то, что когда они на другой материк в вик ходили, там у противника был наёмник из альвов. Так он, значит, когда в раж вошёл, берсерк этот, ухо этому альву откусил. Вот он после боя пришёл в сознание, достал это ухо изо рта и завялил. Говорил, редкая вкуснятина, очень жалел, что, пока в отключке валялся, трупы уже сжечь успели, так бы много мяса заготовить вышло. — Если бы всё это говорил кто-то другой, Хротгар решил бы, что это шутка, но от наивно мечтательных оттенков ауры верзилы ему стало не по себе.

— Слышь, Торст, — Оторвал его от размышлений командир, — а может ты это, человечинки попробовать хочешь? Вдруг вкусно? — Невесело усмехнулся он. — Ты только честно скажи, чтобы я, если что, случайно не заснул, пока ты рядом! — Тут заржали уже все.