— Зачем ты так? — Обиделся здоровяк, — Людей есть нельзя, это все знают.

— И вправду, чего ты друга обижаешь? — Поддержал верзилу Райнар. — Как в тебя половину ливера из орочьего брюха пересадили, чтоб ты живой остался — так всё нормально, как ты их перед этим всех в лоскуты покромсал — тоже ничего страшного, а как тебе друзья доброе жаркое из твоих честных трофеев преподнесли на обед, так ты сразу в оскорблённую невинность решил поиграть! — Посуровевшим тоном продолжил он. — Кроме того, неужто не слыхал про этот оркский обычай с поеданием сердца и печени?

— Слыхал, и? Я что, на орка похож? — Огрызнулся Хротгар, понимая, что на Вахре ни о христианской морали, ни о категорическом императиве Канта никто и не слыхивал никогда, так что приведённые аргументы по существу и крыть-то нечем, а учитывая то, что при отсутствии оборудования для инъекций, оркскую кровь просто принимали внутрь в качестве целебного снадобья, вообще любые возражения будут выглядеть бледно.

— А всё дело в том, что в тебе сейчас и печень, и почки, и надпочечники, и фрагменты лёгких, и щитовидная железа, и часть желудка, и даже внушительный шмат кишечника пересажены от орков, причём от разных, у кого что целее оказалось, а ещё в тебе сейчас нет ни капли собственной крови — вся перелитая орочья! — Запальчиво ответил Кровавый Клинок. — Да что там кровь? Ирнал и костный мозг в руках и рёбрах тебе пересаживал! Я уж молчу про мышечную ткань! — Он сделал глубокий вдох и уже спокойно продолжил: — Я к чему веду: с твоим количеством пересаженных органов и тканей, если этот их обряд завязан на родовую память, то вполне может сработать! — И тут мозаика в голове Андрея сложилась: «Чёрт, а ведь те горячечные бредни, пока я был без сознания… Наверное это и была их родовая память!»

— Знаешь, Райнар, пока я валялся без сил, мне являлись очень неприятные видения. Я бы, пожалуй, даже назвал их кошмарами… — Недобро взглянул на соратника бессмертный невидящими глазами, плотоядно ухмыляясь, — Если по твоей милости мне такое будет сниться каждую ночь, я как следует вытяну тебе уши, а потом скормлю Торстейну под видом альва! — Причём, пока он говорил, выражение лица у него было таким, что не разобрать, шутит он или нет.

После нескольких невыразимо долгих секунд паузы возрождённый всё же улыбнулся, а все, поняв, что он всё же шутил, разразились приступом хохота.

— Торст, а как там твой недотрах? Разрядился? — Ухмыльнулся Хротгар уголком рта, переводя разговор на другую тему. К счастью, Лирдэйл за их столом не было, так что он смело говорил, не особенно подбирая выражения. У неё были какие-то свои дела. Да и при всей своей аргументации, народ вряд ли хотел, чтобы девушка присутствовала при их недавней шутке.