Добравшись до места, где он с определённым разбросом по дальности начертил свои «ловчие» охранные круги, он столкнулся с ещё одной проблемой отсутствия зрения. Все ориентиры он запомнил, пускай и с поправкой на серую гамму, но вполне в визуальном ключе. Сейчас же, находясь на месте телесно, он «видел» лишь паутину силовых линий, сгустки энергии и клубки проводящих её каналов. Пришлось запоминать окружающий ландшафт в мельчайших деталях именно в таком виде, а затем вновь использовать чудодейственный порошок Расула, коего оставалось не так много, и рецепта которого он не знал. Совместив, пускай и с некоторым разбросом по времени, видимый пейзаж с предварительно запомненным, он всё же сумел обнаружить объекты привязки, а заодно хорошо изучить, как выглядят энергетические структуры пней, деревьев, камней, фекалий животных и ещё многие не столь приятные вещи.

Вновь вернувшись в физический мир, он при помощи модифицированного при патронаже Аграила плетения Расула, по описанию последнего, вытаскивающего душу обратно в тело, выдернул заранее отобранных из общей массы призраков-лидеров, каждого в свой охранный круг. Далее последовали жёсткие для «пленных» и весьма непродолжительные переговоры, в ходе которых, тем не менее, пришлось пойти на некоторые уступки по-сравнению со стандартными условиями. Вообще, условие, заявленное ими не сговариваясь, но практически единогласно, было одно: они хотели определённых преференций для живых членов своих семей и родственников своих людей. Дальнейшие отличия были в деталях: кто-то хотел компенсировать утрату кормильца золотом, кто-то помнил о желании некоторых своих людей дать детям образование или иным образом пристроить их по жизни. Причём, сразу стала заметна разница в мышлении тех шестерых уголовников, казнённых в амбаре, и, пусть и не совсем чистых на руку, но обладающих определённым моральным кодексом командиров наёмников Кованого Братства. Эти люди прекрасно понимали, что именно их согласие на столь скользкий заказ в обход организации привело к смерти их солдат (возможно, это было и не совсем так, но они винили себя) и, по-этому, чувствовали определённую ответственность перед ними и сначала говорили за своих людей, а уже потом за себя. По-этому, отправив их обратно к остальным призракам договариваться, он твёрдо решил для себя две вещи: во-первых, он выбьет у Аграила для них всё, что они просили, а просили они, кстати, не так уж и много, а во-вторых, даже после этого, не взирая на то, что они обойдутся демону дороже уголовников, он не продешевит, торгуясь с ним за каждую из этих душ. Взять за любого из этих солдат слишком мало, как бы цинично это ни звучало в данной ситуации, значило оскорбить память этих бравых, гордых и не лишённых определённых принципов вояк.