Он шагнул к ней. Надя тут же отступила на шаг, понимая, что за спиной бассейн с кровью. А ей не хотелось вновь окунаться в него.

– Кровь и кости, я недооценил тебя, – сказал он. Его голос звучал сумбурно и мрачно. – Но я больше не повторю подобной ошибки.

– Малахия, пожалуйста, я…

– Ты сделала достаточно, – перебил он сквозь стиснутые железные зубы. А затем обхватил ее подбородок одной рукой и притянул к себе. Его глаза на мгновение вновь стали бледно-голубыми, и мелькнувшая в них боль от предательства разбила Наде сердце. – Ты думала, что этим все и закончится? Больше никакой еретической магии.

Она закрыла глаза. Надя даже не догадывалась, что это случится, но знала, что, если приведет Малахию сюда, он не выживет. Что ее поступок сломит Транавию. И она добилась того, чего хотела.

– Все это время ты играла, – пробормотал он. – Ты не искала ответы. Ты нуждалась в моей помощи, чтобы нанести удар в спину.

– Ты так же поступил со мной, – отрезала она.

Надя не позволит ему забыть, что он первый предал ее.

– Так это все ради мести? – в его голосе слышалось недоверие.

– А тебе станет легче, если так? – тихо поинтересовалась она.

Малахия с обидой и злобой уставился на нее. Она не могла сдержать слезы, покатившиеся по ее щекам.

– Станет ли тебе легче, если ты будешь считать меня злодейкой, которая причинила тебе такую же боль, какую ты причинил мне? Если ты станешь лишь моим ночным кошмаром? Если все, что нас связывает, окажется притворством, чтобы добавить тебе мучений? Вот только ты и сам понимаешь, что это не так.

– Надежда, перестань, – попросил он.

– Ты же знаешь, что я всегда буду выбирать свою богиню и свою страну. А ты – своих Стервятников и Транавию.

– Надя.

Да, Марженя обманывала ее, заставляла верить, что без ее сил Надя – ничто… И это оказалось ложью. Но Надя не могла отказаться от того, во что верила всю свою жизнь.

– Скажи мне, что ты не хотела, чтобы это случилось, – с мольбой произнес он. – Скажи, что не строила об этом планы все это время.

Но Надя молчала.

Малахия судорожно вздохнул и выпустил ее, а затем поднял руку к одной из костей в своих волосах. Его пальцы замелькали так быстро, что через пару мгновений на его ладони оказалась груда косточек.

– Отличная игра, towy dżimyka, – сказал он. – Но ты забыла, насколько мы отличаемся. Забыла просчитать все наперед. Забыла, что игра когда-то закончится. Или ты надеялась, что это заденет и меня?