— Нормально, — прокомментировала Ольга. — Работаем.

— Сейчас верну, держитесь, — предупредил я, снова дотронувшись до товарищей. Прыжок вперед, на то же расстояние, выглянуть — и еще раз. Цепь телепортов — и мы уже больше половины коридора прошли. Автоматные очереди не прекращались, но как-то поутихли. Тяжелый пулемет сработал еще дважды, а затем врубилась пожарная сигнализация.

— По старинке, — улыбнулась Ольга, когда с потолка обильно полилась вода. — Слава, как у тебя со стихией? Поможешь?

— Да, ее не хватало, — с облегчением кивнул я, собирая брызги в единый шар. Стоило водяной тюрьме собрать литров пять, и Ольга ударила по ней холодом, превращая во внушительных размеров снаряд, ударивший о решетку на входе. Послышалась ругань, Автоматные очереди начали смещаться, но вода разбрызгиваться не прекратила, и вслед за первой сосулькой полетели еще две.

Когда пожарную сигнализацию отрубили, до выхода оставалось метров пять, и у решетки не осталось никого. Вот только приближаться к ней мы не спешили. Михаил дернулся было вперед, но Ольга придержала его за плечо. И я с ней в целом был согласен, слишком просто они оставили такую выгодную позицию.

— Думаешь, ловушка? — поинтересовался я.

— Заминировали, скорее всего, — кивнула Ольга. — Выдержишь направленный взрыв?

— А можно не надо? — с надеждой спросил боксер. — Если один должен выдержать.

— Тогда пей и вперед, — приказала военная, укрываясь за щитом. — Слава, забрасывай.

— Готов? — и, дождавшись, пока Миша прикончит эликсир, телепортировал его за решетку. Громыхнуло сразу со всех сторон, да так, что я отключился на несколько секунд. И это при том, что мы ушли в допросную за углом и укрылись штурмовым щитом!

— Чтоб я еще хоть раз! — выругался боксер, переступая через вылетевшую от ударной волны решетку. Мерцание на нем едва виднелось, стекло шлема потрескалось, а на одежде появились порванные лоскуты. Похоже, пришлось ему защиту концентрировать на уровне тела, оставив снаряжение на самотек.

— До следующего раза что-нибудь придумаем, — пожала плечами Ольга. — Нужно двигаться, пока они лестницу не заминировали.

Выбравшись из допросной, мы бегом пересекли коридор, превратившийся в обгоревшую, покрытую битой плиткой свалку. Если тут и была мебель — от нее остались только обломки. Попади в эпицентр взрыва кто-то, кроме Михаила, вряд ли остался бы в живых. Да и защитить двоих боксер бы не смог. Но сейчас это было неважно. Все, что мы делали, было направлено только на одно — демонстрацию силы.

Одно дело, когда ты разговариваешь со слабым, полностью находящемся в твоей власти человеком. Совсем другое — когда перед тобой равный или более опасный противник. Тут уже не надавишь, а если попробуешь — получишь такой отпор, который мы сейчас и показывали, всеми своими действиями крича: «Не суйся, убьет!»