— Одежду принесут через несколько минут. О яде и снотворном можете не волноваться, мы уже знаем, что они не действуют, и портить переговоры не станем, — сказал Борис, показывая апартаменты. — Директор отдал распоряжение, меня назначали ответственным, вашу безопасность на время переговоров мы гарантируем.

— С чего такой энтузиазм? — спросила Ольга, не спешащая снимать шлем.

— Последнее время силовой блок получил очень много преференций. Отделы же мягкой силы оказались задвинуты. Не до переговоров, когда со всех сторон тебя окружает хищный лес, твари, что подчиняют себе тела людей, и мутанты… впрочем, мы уже убедились, что мутанты бывают разные, — поправился Борис.

— Мы не мутанты, мы одаренные, — поправил его Михаил.

— Да, да. Конечно, — слишком поспешно согласился Борис.

— Я думаю, это можно отложить на переговоры, — сказал я, понимая, что объяснять разницу надо не сотруднику, который нам помогает, а самой верхушке. — Насколько я понимаю, у вас была проблема с теми, кого вы называете мутантами. Не объясните, что случилось? Хоть в паре слов, чтобы я понял причины конфликта.

— Причины конфликта? — Борис на секунду задумался, очевидно, взвешивая, что нам можно говорить, а что нет. Само осознание того, что человек, в принципе, готовый к сотрудничеству, так откровенно думает, что нам сказать, напрягало. Ну и последние сомнения, как с нами разговаривать будут, отпали.

— Скажем так, они доставили множество проблем. Погибли люди, — через несколько секунд ответил Борис. — Группа влияния, куда ниже уровнем, чем собирается для диалога с вами, попыталась с ними договориться. Ни к чему хорошему это не привело. Несмотря на это, они не подверглись полному уничтожению, некоторые, держащие дистанцию и ведущие себя доброжелательно или нейтрально, были доставлены в изоляторы.

— Боюсь, вообще без информации мы можем прийти к прямо противоположным выводам, — заметил я, но Борис лишь пожал плечами.

— Советую привести себя в порядок, — сказал он, выходя из комнаты. Отказываться от нормального душа я не стал, горячая вода, шампунь — от такого изобилия за две недели успел отвыкнуть. Заодно побрился как следует — благо принадлежности есть. Когда вышел из кабинки — меня уже ждали напарники. Выяснилось, что одежду принесли всем троим. И какую одежду.

Костюм, строгий деловой костюм от весьма известной марки, стоил, наверное, как хорошая иномарка. Белая сорочка, язык не поворачивался назвать это рубашкой, к ней даже простенькие запонки прилагались, с гербом. Черные матовые ботинки на мягкой подошве. И главное — все моего размера. Удивляться, в принципе, было нечему — они же с меня все сняли перед допросом. Но вот то, что у них хранятся такие вещи всех размеров в запасах, вызвало определенные вопросы.