– Это святая Серена! Точно такая же, как в моем видении!

Вориан как завороженный уставился на экран. Здесь Серена выглядела чуть моложе, чем тот образ, который он навеки запечатлел в своем сердце, но память могла и подвести, тем более что с момента ее смерти прошло уже восемьдесят лет. Он слишком хорошо ее знал и помнил, помнил каждое выражение ее лица, форму губ, взгляд открытых синих глаз. Как часто рассматривал он ее последние фотографии, кадры, на которых было запечатлено, как Серена поднимается на борт своего посольского корабля в сопровождении серафимов, чтобы отправиться на Коррин для встречи с мыслящими машинами – где она была подвергнута жесточайшим пыткам, а потом казнена.

– Это невозможно, – стараясь сохранить ледяное спокойствие, произнес Вориан. – Мы все видели кадры со сценой ее казни. Я лично видел ее расчлененные останки. Генетический анализ показал их подлинность. Это трюк!

– Но что в действительности было трюком, Вориан Атрейдес? – Теперь на экране появилось другое лицо, знакомая и ненавистная физиономия предателя тлулакса Рекура Вана. Камера снимала его с близкого расстояния, и было видно только лицо генетического кудесника.

Тлулакс заговорил насмешливым язвительным тоном:

– Омниус не настолько глуп, чтобы уничтожать такой ценный ресурс, каким была Серена Батлер. Сожженное изуродованное тело, присланное в Лигу, было клоном, выращенным в наших лабораторных сосудах на Тлулаксе. Вы же знаете, что мы сохранили ее генетический материал из пробы крови, взятой во время ее визита к нам. Весь план был разработан Великим патриархом Иблисом Гинджо.

В разговор вмешался Эразм:

– Вориан Атрейдес, поверь моим словам: Омниус не убивал Серену Батлер. Кадры, воспламенившие гнев человечества, были сфабрикованы Иблисом Гинджо.

Вориан ощутил внутри страшную пустоту. Ему стало физически плохо. Он устоял на месте, хотя ноги стали ватными, а колени едва не подкосились. Все эти обвинения были более чем правдоподобными.

Робот прищурил глаза, лицо его приняло заговорщическое выражение.

– Иблис вообще задумал и выполнил множество трюков. Известно ли вам всем, что ребенок, которого вы так гордо демонстрируете в усыпальнице, – не более, чем муляж?

Вориан не отвечал. Он-то хорошо знал, что тело невинного ребенка, хранившееся в усыпальнице Города Интроспекции, было всего лишь манекеном, хотя этого и не знали посторонние люди.

Теперь на экране снова возникла Серена, а один из сторожевых роботов поднял на руки ребенка, угрожающе качая его в воздухе. Ни один из видевших эту картину не мог усомниться в смысле намека.