Ори предчувствовал, что грядут бунты и забастовки. Он не был причастен к движению, но волновался.

Спиральный Джейкобс снова стал приходить на благотворительную кухню. При виде его Ори почувствовал странное облегчение. В ту ночь Джейкобс был в нормальном состоянии и смотрел на парня хитрым взглядом горностая.

– Твои деньги до сих пор нас выручают, – сказал Ори. – Но теперь мне дали задание, которое я никак не могу выполнить. – Он рассказал. – Что мне делать?

Они сидели в Грисской пади на набережной у слияния двух рек, где над водами Большого Вара вздымались остров Страк и шпили парламента. В вечерних сумерках его огни казались серыми; их отражения в воде были тускло-коричневыми. С Малого Страка доносилось мяуканье кошки, которую непонятно как занесло на узкую полоску земли посреди реки. Спиральный сплюнул на столбы, отмечавшие границу Старого Города. Это были невообразимо древние вертикальные камни, обвитые резьбой, словно лентой: стилизованные фигуры карабкались по ним от подножия до вершины, изображая события из ранней истории Нью-Кробюзона. Над самой поверхностью воды их попортили вандалы-водяные.

– Хватаются то за одно, то за другое, так? – Джейкобс взял у Ори сигаретку. – Дальнего прицела у них нет, вот что. Пробуют разные подходы. Внутрь ведет много путей.

Он сделал затяжку, задумался и встряхнул головой.

– Черт, а Джек сделал бы по-другому, – вдруг засмеялся старик.

– А как сделал бы Джек?

Джейкобс не отрывал взгляда от тлеющего кончика сигареты.

– Мэр не может оставаться в здании парламента вечно. – Джейкобс говорил очень отчетливо. – С другой стороны, такой человек не может просто пойти погулять или покататься верхом. Ему нужна охрана, так? Которой можно доверять. Куда бы тот ни отправился… Джек рассказывал мне, он за ними наблюдал… так вот, куда бы ни пошел мэр, за ним идут клипейцы. Только им доверяет мэр. – Джейкобс поднял голову и смотрел совершенно серьезно. – А теперь представь, что один из гвардейцев переметнулся. Что его подкупили.

– Но ведь их выбирают так, чтобы нельзя было подкупить…

– История… – Джейкобс говорил отрывисто и веско, Ори затих. – Полна. Кровавых. Трупов. Тех. Кто доверял. Неподкупным.

Он назвал Ори имя. Старый бродяга уходил восвояси, а юноша неотступно смотрел ему вслед. Прихрамывая, Джейкобс то возникал в свете фонарей с грязными стеклами, то исчезал в темноте, пока не дошел до конца переулка, где прислонился к стене – усталый старик с измазанными мелом руками.