Гельмут тоже оказался здесь и поприветствовал его и Филлис, Джон был представлен некоторым другим консультантам, приехавшим сюда, после чего его проводили в большое и высокое помещение с окном во всю стену. За окном вихрились клубы темно-оранжевой пыли, оседавшей на дно кальдеры, и казалось, будто комната медленно поднималась в тусклом неровном свете.

Единственным, что находилось в помещении, был глобус Марса в метр диаметром, стоявший на голубой пластмассовой подставке на уровне пояса. От небольшой шишки на глобусе, представлявшей гору Павлина, тянулся серебряный провод метров пяти в длину. На конце нити была маленькая черная точка. Глобус вращался на подставке, делая примерно один оборот в минуту, и серебряный провод со своей конечной точкой вращался вместе с ним, всегда оставаясь над горой Павлина.

Группа из примерно восьми человек обступила экспонат.

— Здесь во всем соблюден масштаб, — рассказала Филлис. — От аэросинхронного спутника до центра массы — 20 435 километров, радиус в районе экватора — 3 386 километров, значит, от поверхности до аэросинхронной точки — 17 049 километров. Удвоим это число и прибавим радиус — получится 37 484 километра. На дальнем конце у нас будет камень, который послужит балластом, чтобы провод не был таким длинным, каким мог бы быть. Провод будет иметь десять метров в диаметре и весить около шести миллиардов тонн. Материал для него будет добываться в конечной точке камня-балласта. То есть астероида, который на начальном этапе будет весить примерно тринадцать с половиной миллиардов тонн. Это не очень большой астероид — два километра в радиусе. Мы нашли шесть астероидов Амор, пересекающих орбиту Марса, которые определены кандидатами для этого дела. Провод изготовят роботы, добывающие и перерабатывающие углерод из хондритов астероида, — она драматическим жестом указала на пол. — На данном этапе провод будет сам двигаться по аэросинхронной орбите, едва касаясь поверхности. При этом на него будут действовать гравитация Марса, центробежная сила верхней части провода и балласта.

— А что насчет Фобоса? — спросил Джон.

Фобос, конечно, тоже необходимо учитывать. Провод будет раскачиваться, чтобы не столкнуться с ним, — это так называемое колебание Кларка. Проблем с ним не возникнет. Деймоса также придется избегать с помощью колебания, но поскольку его орбита проходит под бóльшим углом, это будет происходить не так уж часто.

— А что будет, когда провод станет на свое место? — Спросил Гельмут, светясь радостью.

— К проводу присоединят, по меньшей мере, несколько сотен лифтов, и грузы станут поднимать на орбиту с помощью системы с противовесом. С Земли пойдет поставка, как обычно, множества материалов, благодаря чему затраты энергии минимизируются. Также будет возможно использовать вращение провода как рогатку: объекты, спущенные с астероида в направлении Земли, используют силу вращения Марса и смогут быстро набирать большую скорость, не нуждаясь в дополнительной энергии. Это чистый, эффективный, чрезвычайно дешевый способ, позволяющий не только выводить грузы в космос, но и быстро доставлять их на Землю. А учитывая недавние обнаружения на Марсе залежей стратегически важных металлов, которых все меньше остается на Земле, дешевый подъем и транспортировка окажут просто неоценимую пользу. Это создаст возможность обмена, который до этого был экономически нецелесообразным и который станет важнейшей составляющей марсианской экономики, краеугольным камнем его промышленности. И строительство обойдется не так уж дорого. Как только углесодержащий астероид выйдет на нужную орбиту и на нем будет установлена автоматизированная кабельная система, работающая на ядерной энергии, она выпустит провод, как паук, плетущий паутину. Больше не нужно будет делать практически ничего, только ждать. Кабельная система, которая уже разработана, сумеет производить более трех тысяч километров провода в год — а значит, нам нужно приступать как можно скорее, и с момента, когда производство будет запущено, понадобится всего десять-одиннадцать лет. И ожидание себя полностью оправдает.