Разведчики Шила уже вчера вышли сюда, ночью провели разведку города и переправы. Теперь Шило докладывал. Войск в городе не много – реммастерские, комендантская рота, охрана трёх складов и моста. Итого 300–400 человек. Грабят и пьянствуют. В овраге – лагерь военнопленных, что работают на поле по сбору оружия и боеприпасов, на складах. Лагерь временный, наспех сооружённый – колья с колючкой по верху оврага, две невысокие вышки с пулемётами, пост на воротах с пулемётом и караул. Пленных до пятист человек. Неходячих сразу расстреливают. На наших глазах застрелили ещё троих. За что – мы не поняли. Бежать они не собирались, на немцев нападать – тоже. Может, развлекаются? Суки!

Я планировал потемну обойти город. Но от увиденного – передумал. Глубоко втянул ноздрями воздух:

– Шило, мало разведданных. Чуешь, чем пахнет?

Он с непониманием смотрел на меня, потом глаза вспыхнули:

– Боем?

– Боем, Володя. Только по уму всё сделать надо. Понял? Хотел я обойти город подобру-поздорову, да видимо, не судьба.

– Теперь да. Мы, как обычно, везде и негде?

– Да, именно по этому варианту и сработаем. У страха глаза велики. И ещё продумать надо, как эту прорву пленных увести, отсортировать, скрыться и не попасться. Так что пошли, Вован, думать будем.

– Командир, глянь!

По дороге гнали толпу пленных, дюжины три. Конвоировали их всего-то семь немцев. Но вид наших пленных был больно жалок, будто в плену они не несколько часов, а несколько лет. Проводив эту процессию взглядом до моста, я махнул рукой отход, но опять обернулся. Какая-то мысль-заноза впилась в подсознание при виде этой группы пленных, но что за мысль – не удалось понять.

Оттянули отряд глубже в лес, Шило рассылал разведчиков, я пока решил отдохнуть, отложив совещание. Надеялся, что давешняя искра мысли разгорится, но не сложилось. Зато взремнул.

На закате собрались, обобщили имеющиеся данные, начали трудиться над выработкой плана. Устроили «мозговой штурм», хотя никто из участвующих не знал подобных методик.

А терзавшее меня предчувствие «всплыло», но не в моей голове, а как ни странно, было озвучено нашим «нач тылом» – Антипом:

– Может, под пленных и конвой сработаем? Трофейного тряпья и оружия у нас много.

Вот оно! Вот та идея, что родилась у меня, но потонула в мути измученного болью сознания. Я чуть не подпрыгнул. Но, это даже хорошо, что не я предложил эту идею – проще будет её критически оценивать, избегая поспешности и ошибок. Самого себя критиковать – прямой путь к шизофрении. Так, незаметно, и зашипишь: «Моя прелес-с-сть!»

Итак, план составлен, ответственные назначены, сроки определены – завтра на закате, началась подготовка. Как определил со смехом разжалованный капитан, тоже приглашённый на совет (что бы я не говорил – самый старший из нас всех по званию и боевому опыту, кадровый ведь офицер), к цирку с маскарадом. Несмотря на смех, добродушный, кстати, план он горячо одобрил: