Рывок – хруст – и брызги крови хлынули на шляпки живогрибов.

Секунда превратилась в вечность: очень смутно воспринимая звуки, которые издавал Аджит, Киран уставился на глазное яблоко в своей правой руке, студенистый шарик с пучком шевелящихся отростков. Ну конечно, это была атма, позволяющая видеть людей сквозь одежду. Атма, сросшаяся с плотью так, что отделить их друг от друга без серьезного ущерба не смог бы даже сам Иша. За такое удаление морвит все равно отлупил бы ученика палкой – он постоянно грозился это сделать в первый год обучения, пока Киран не набрался опыта и постоянно совершал ошибки.

Зажимая одной рукой рану, Аджит сжал другую в кулак и ударил Кирана по лицу. Ученик морвита отлетел на несколько шагов; сознания он не потерял, но мир вокруг мгновенно заволокло багровыми сумерками, и все звуки стихли. В этой зловещей молчаливой полутьме он видел только Альду, которая стояла очень прямо в своей темно-синей накидке и как будто излучала слабый свет.

А потом… потом чей-то силуэт пронесся мимо, врезался в Аджита, и настал черед короля карманников взлететь над мостовой и зарослями живицы.

Вновь прибывший на этом не остановился. Двигаясь с быстротой молнии, он – или она? – кинулся к ближайшему соратнику Аджита и, судя по взблеску стали, полоснул его ножом по горлу. Вор упал. Следующий враг попытался сопротивляться, но это лишь заставило неведомого союзника потратить на него лишнюю секунду.

Киран с облегчением перевел дух и закрыл глаза.

– Очнись, – дрожащим голосом проговорила Альда. – Очнись, пожалуйста.

Ученик морвита лежал на мостовой, совершенно неподвижный и белый, словно мел. Он как будто не дышал.

– Не касайтесь его руки, – посоветовала Зои-нэ, заглядывая Альде через плечо. – Кто знает, вдруг благословение Великой Избавительницы действует и после, хм, смерти? Если вы потеряете душу, доминус будет целую вечность рвать меня на части…

– Он не перестал жить, – раздраженно ответила Альда, но прислушалась к совету телохранительницы и чуть отодвинулась, чтобы случайно не коснуться правой кисти Кирана. Черный и сухой указательный палец действительно чуть-чуть подергивался, если только это не был обман зрения.

Двум ворам Зои-нэ перерезала горло, а Аджиту сломала ногу. Двое оставшихся, залепив свои раны живицей, помогли королю карманников встать и уволокли прочь в жутком молчании, даже не взглянув на павших товарищей. Альда тряслась от эмоций, руки и ноги слушались ее с трудом. Еще до того, как воры скрылись из вида, она кинулась к Кирану; ученик морвита лежал, словно мертвый, и левая сторона его лица медленно наливалась синевой.