Лицеделы на борту.

Находясь в своей каюте с маленькой Алией и двенадцатилетним Лето II, Джессика снова – по истечении стольких столетий – ощутила себя матерью. Всех троих связывали общее прошлое и кровное родство, но пока у них не было реальных общих воспоминаний. Самой Джессике они казались актерами, выучившими свои роли и играющими их, пытаясь быть теми, кем они предположительно должны были стать в будущем. У Джессики было тело семнадцатилетней девушки, но сама она чувствовала себя старше, заботясь о двух детях.

– Кто такие лицеделы? – спросила трехлетняя Алия, играя острым ножом, который она носила в ножнах на боку. Едва научившись ходить, девочка начала испытывать странную тягу к оружию и часто спрашивала разрешения попрактиковаться в его применении, вместо того, чтобы играть более подходящими игрушками. – Они придут, чтобы погубить нас?

– Они уже на корабле, – ответил, все еще дрожа, Лето. Он никак не мог поверить, что Сафир был лицеделом, а он так и не смог этого понять. – Именно поэтому нас всех проверили.

– Никого больше не нашли, – сказала Джессика. Они с Сафиром были рождены в один год. В яслях Джессика воспитывалась вместе с гхола воина-ментата и никогда не замечала в нем чего-то необычного. Она не могла поверить, что Сафир был лицеделом с самого начала.

Реальный Хават, мастер убийств и бывший мастер фехтования Дома Атрейдесов, был ветераном множества военных кампаний, так же, как и баши Тег. Хават служил трем поколениям Атрейдесов. Нет поэтому ничего удивительного в том, что Шиана и другие сестры Бинэ Гессерит считали его надежнейшим и бесценным союзником. Именно поэтому они хотели вернуть его, но теперь стало понятно, почему пережитый кризис не смог восстановить ему память. Это был не реальный Хават, и, возможно, его не было с самого начала.

Теперь – если только на корабле не найдутся чистые клетки, чтобы вырастить нового гхола – люди на борту «Итаки» не смогут убедиться в высочайшем воинском мастерстве и ментатском интеллекте Сафира Хавата. В самом деле, Джессика теперь поняла, что весь этот проект гхола принесет им всем мало пользы. Прежнюю память удалось пока пробудить только у Юэ, Стилгара и Лайет-Кайнса, но последние двое покинули корабль. Юэ же, если не считать его врачебной квалификации, едва ли представлял какую-то ценность.

«Он второй раз убил моего герцога Лето».

С возросшей угрозой со стороны лицеделов, с пропажей мин и с актами диверсий и саботажа нужда в гхола и в их старых навыках сильно возросла. У оставшихся не пробужденными детей были потенциально очень большие и недюжинные способности; Джессика знала, что все они были возвращены к жизни не без причины. Все они – Пол, Чани и она – уже достигли подходящего возраста; даже Лето II был уже достаточно большим. Постепенное возвращение памяти уже не годилось. Требовались экстренные меры.