Она тяжело вздохнула. Если не теперь, то когда же смогут пригодиться их исторические способности? «Мне непременно надо вернуть себе память!»

Джессика, если бы ей представилась такая возможность, могла бы принести кораблю очень большую пользу. Она чувствовала себя никчемной личностью, пустой оболочкой, без прежней памяти. Она встала так стремительно, что напугала Алию и Лето.

– Вам обоим придется вернуться в свои каюты, – тон ее голоса не допускал возражений. – Мне надо сделать что-то очень важное. Эти сестры Бинэ Гессерит – просто трусы, но сами этого не сознают. Однако им придется покончить с трусостью, эту роскошь они теперь не могут себе позволить.

В каком-то смысле Шиана была дерзкой и агрессивной, однако в иных случаях она проявляла осторожность. Но она знала человека, который не постесняется ради дела причинить ей боль.

– К кому ты идешь? – спросил Лето.

– К Гарими.

Суровая Преподобная Мать посмотрела на Джессику каменным взглядом, потом медленно улыбнулась.

– Почему я должна это сделать? Ты сошла с ума?

– Нет, я просто прагматична.

– Ты хоть отчасти понимаешь, насколько это больно?

– Я готова терпеть.

Она взглянула на темные вьющиеся волосы Гарими, на ее непривлекательное лицо; Джессика, напротив, была воплощением классической женской красоты, сконструированным Орденом Бинэ Гессерит для роли соблазнительницы, селекционной матери, чьи черты должны были устойчиво передаваться из поколения в поколение в течение столетий после ее смерти. – Я знаю одно, верховный проктор: если кто и умеет причинять боль, так это вы.

Гарими, казалось, испытывала смешанное чувство удивления и тревоги.

– Я много раз представляла себе, Джессика, как поворачиваю нож в твоем теле. Я часто думала о том невосполнимом вреде, какой ты нанесла Старому Ордену сестер. Ты нарушила и погубила всю нашу программу создания Квизац Хадерача, породила монстра, которого мы не сумели обуздать. После Пола – прямого следствия твоего отступничества, мы тысячи лет страдали под властью Тирана. Так, спрашивается, с какой стати я должна тебя пробуждать? Ты предала нас.

– Это вы так говорите. – Слова Гарими били больно, как брошенные камни. Эта женщина мучила ее, как и бедного Лето II. Джессика наизусть знала все обвинения, понимала, как смотрят на нее консервативные сестры Бинэ Гессерит. Но никогда прежде не приходилось ей видеть такой ненависти и гнева, какие сейчас выказывала Гарими. – Ваши собственные слова вскрывают многое. Старый Орден сестер. Где же ваша способность мыслить? Мы же живем в будущем.

– Это не устраняет великую боль, которую ты нам причинила.