– Вот уж не думал, что нам придется еще раз встретиться. Стало скучно на Каладане?

Не обратив на этих двоих никакого внимания, Хрон заметил, что две главные мыслящие машины снова приняли облик мирной пожилой парочки в деревенской одежде. Зачем они продолжают носить маски? Ради этих двух гхола? Не похоже, что мыслящие машины от кого-то что-то скрывают. Хрон никогда не мог понять мотивов поведения мыслящих машин.

Может быть, это было связано с тем, что Омниус и Эразм хотели усвоить все жизни, которые Хрон доставил им в прошлый раз, выполнив миссию среди людей. Сейчас они тоже хотели, чтобы их «посол»-лицедел поделился с ними, как и каждый раз после возвращения из дальнего путешествия. Кажется, это добавляло им самоуверенности, а Эразм вообще воображал, что каким-то образом принадлежит к человеческому роду.

– Смотри-ка, он что-то привез. – Паоло ткнул в сторону лицедела пальцем. – Это подарок для нас?

Хрон, не тратя время на пустяки, подошел к старику и старухе. Старуха наклонилась к нему с хищным и голодным выражением искусственного лица.

– Думаю, что ты привез нем и еще что-то, помимо этого пакета, Хрон. Ты давно не был в Синхронии. Покажи нам личности, которые ты перенял. Каждая мелочь такого рода добавляет нам знаний, делает сильнее и могущественнее.

– Этого у меня предостаточно, – отвернулся от Хрона старик. – Я начинаю находить их в какой-то мере неприятными. Они все одинаковы.

– Как ты можешь говорить такое, Даниэль? Все люди разные, они так прекрасны в своей хаотичности и непредсказуемости.

– Я говорю то, что действительно имею в виду. Все эти люди лишь сбивают с толку. Кроме того, я не Даниэль, я – Омниус. Мы находимся на пороге Крализека, и у нас нет больше времени на всякие подготовительные игры.

– Иногда мне все же нравится считать себя Марти. Во многих отношениях этот образ для меня является куда более привлекательным, чем имя или маска Эразма. – Старуха шагнула к Хрону. Лицедел не осмелился отпрянуть, хотя знал, что произойдет дальше. Руки старухи были узловатыми, с выступающими костяшками пальцев. Словно лапа хищной птицы, эта рука легла на лоб Хрону. Старуха надавила сильнее, и Хрон задрожал, не в силах сопротивляться этому грубому вмешательству.

Каждый раз, когда лицедел имитировал вид какого-либо человека, он брал пробы этого индивида и перенимал генетические маркеры и отпечаток памяти и личности. Мыслящие машины разбросали лицеделов по всей Старой Империи. Внедряясь в человеческое окружение, они собирали все больше и больше жизней, подменяя собой полезных людей и играя их роли. Каждый раз, когда лицедел возвращался в машинную империю, Эразм всегда горел желанием добавить к своей коллекции новые жизни.