— Мы любим загадочность, это у нас в крови, так что не обижайся на нас. Правду говорим, но при этом всегда недоговариваем, оставляем недосказанность. Во многом виноваты генетические запреты, которые наложены на нас, и которые нам изменить не под силу. Сейчас, разговаривая с тобой, я бы хотел сказать всю правду, но не могу, пересилить себя невозможно. Орх, наверное, сможет… Да, ему это под силу…

— Генетический запрет? Основа причастна к этому? Мне кажется, что я знаю ответ, но не могу додумать его. Он где-то рядом, вертится на языке, просится, но одновременно с этим не хочет, чтобы его озвучили. Что с вами нет так, Урхарер? Кто вы такие и зачем так много скрываете?

— Мы просто разумный вид, который пытается выжить. Непростой, конечно, как и вы, люди. Что мы, что вы, потомки двух древних цивилизаций, с представителями которых тебе повезло встретиться при очень странных обстоятельствах. Найти корабль Основы было величайшей удачей, с которой у тебя всё хорошо. Твоя семья, начиная от твоего деда, всегда была с удачей на коротком поводке. Именно поэтому мы тянулись к вам всеми способами, надеялись, что с вашей помощью найдём ответы на неразгаданное и благодаря им сможем спасти самих себя. Сейчас, благодаря симбиозу с Всезнайкой, благодаря тому, что она программа Основы, мне открылось многое, и я начинаю понимать, что мы обречены. Мы всего лишь эксперимент. Вы — тоже. Даже вакши, тело которого уже мертво, но разум пока жив, просто эксперимент Основы. Все мы марионетки, не способные изменить ничего. Мы можем лишь пытаться, но над тем, что решили наши создатели, у нас власти нет.

— Вакши — эксперимент? Мы, люди, и вы, медведи, тоже эксперимент? О чём ты, Урхарер? Зачем сбиваешь меня с толку? Смысл говорить загадками, когда их и так огромное количество?

— Да, смысла нет, поэтому я раскрою некоторую правду, которая мне точно не навредит. Вакши разумны, мы немного соврали, сказав, что они только на пути становления разума. Если сравнивать ящеров, которых мы так тщательно истребляли и в итоге истребили, с нами, то утверждение о том, что разум у них только в зачатке, можно считать верным. Иной вид разума, иное мировоззрение, иной способ существования. Вакши, при всём их отличии от нас и вас, могли развиться до высокотехнологической расы, они стремились к этому, но сделали неправильный выбор, захотели господства и объявили нам войну. Это было глупо, и за глупость пришлось заплатить самое большое — вакши ждал геноцид, который мы им сотворили. Когда разумный вид оказывается в опасности, он не останавливается ни перед чем. Мы, разумные медведи, сколько себя помним, столько и боремся за право существования на этой планете, и борьба эта стремительно подходит к концу. Можно сказать, что наша раса изжила себя, но это будет неправильно, ведь известно, что это всё эксперимент, и те, кто им руководит, могли бы дать нам шанс, но его нет и не будет.