– Опускаемся ниже, до тридцати пядей, – приказала Куртана. – Все двигатели на самый малый ход.

Двигатели «Репейницы» стихли до мерного ропота: мощность упала до минимума.

– Что вы увидели? – спросил Кильон.

– Вон что. – Куртана показала на объект, возвышающийся в открытом центре деревни.

Нечто, наполовину собранное, окружали обломки строительных лесов, высушенных солнцем, отполированных ветрами. Деревянное устройство, не ниже любого из местных домов, гордо высилось на деревянных колесах в несколько раз выше человеческого роста, от него тянулся ветхий деревянный настил. Тянулся он к стене, хотя сразу за границей деревни обрывался.

– Здесь собирали устройство вроде тех, что мы видели за стеной, – проговорила Куртана. – Летательный аппарат. Смотрите, на козлах большой ствол, который хотели использовать как грот-мачту.

– То есть мы поняли неправильно? – уточнил Кильон. – Эти летательные аппараты построены после самолетов и ракет?

– Звучит угнетающе, – обронил Аграф.

– Все зависит, наверное, от того, когда эта местность стала необитаемой, – сказала Куртана. – Может, все, что мы здесь видим, бросили задолго до постройки летательных аппаратов. Но те, кто строил деревянные корабли… вряд ли им по силам возведение стены. Значит, первой появилась стена.

– Даже с вершины стены они не увидели бы места падения ракет, – кивнул Кильон. – Они и бипланы с воздушными кораблями вряд ли увидели бы. Потому и пробовали улететь.

– Бедолаги, – сокрушенно пробормотал Аграф.

– Не спешите с выводами, – посоветовала Куртана. – Вдруг местные жители были мерзкими человеконенавистниками, любителями грабить и насиловать всех, кого угораздит им попасться?

– Хотите спуститься и получше рассмотреть аппарат? – спросил Кильон.

– Это подождет. – Куртана повернулась к авиаторам. – Вернитесь на высоту пятьсот пядей, к прежнему курсу и отправьте сообщение на «Переливницу ивовую». Передайте Рикассо, что следы нескольких поселений нам встретились, а признаков жизни – нет. Рой вполне может за нами последовать. Скажите ему, что на измененной высоте справа по борту у нас будет… Клинок-Два.

Кильон чувствовал настроение авиаторов. Обсуждать, что значит «Клинок-2», не спешил никто. Он появился слишком внезапно и в устоявшиеся представления о мире не вписывался. Богоскреб на свете один. Зачем нужен второй, не просто покинутый и незаселенный, а разрушенный, забытый, торчащий неизвестно где?

Слишком многое следовало принять, слишком многое осмыслить. Кильон не удивлялся. Он сам это чувствовал.

– Получено ответное сообщение с «Переливницы ивовой», капитан, – доложил сигнальщик. – Рикассо желает подняться к нам на борт.