– Примерно в десяти милях от нас, – громко возгласил Ранд, – готовится к удару армия в добрых пятьдесят тысяч человек.

Это уже не было новостью, но голоса тотчас смолкли, все взоры обратились к нему. Вейрамон досадливо поджал губы: более всего он любил слушать собственные речи. Гуам и Мараконн пощипывали напомаженные бородки и улыбались. Глупцы! Семарадрид походил на человека, умявшего целый жбан испорченных слив; на лицах Грегорина и трех других членов Совета девяти читалась мрачная решимость. Эти вовсе не были глупцами.

– Разведчики не обнаружили никаких признаков сул’дам и дамани, – продолжил Ранд, – но даже без них, даже с Аша’манами на нашей стороне, вражеских сил достаточно, чтобы перебить многих из нас, если кто-нибудь забудет план. Но его никто не забудет. Я уверен.

На сей раз его строжайшее распоряжение было простым и ясным: никаких действий без приказа. Никаких атак, даже если кому-то взбредет в голову, будто представилась прекрасная возможность.

Вейрамон расплылся в улыбке, пожалуй даже более масленой, чем когда-либо удавалось изобразить Сунамону.

План был незатейлив: пятью колоннами, с Аша’манами во главе каждой, ударить по противнику со всех сторон одновременно. По возможности со всех сторон. Послушать Башира, так выходило, что чем проще план, тем лучше. «Имея на блюде жирного поросенка, – уверял салдэец, – нет нужды гоняться по лесу за вепрем, который, чего доброго, еще выпустит тебе кишки».

«Любой план хорош, пока с врагом не столкнешься», – произнес в голове Ранда Льюс Тэрин. На мгновение его голос показался почти здравым. На мгновение. «Что-то не так! – неожиданно взревел Льюс Тэрин и закатился безумным смехом, переходящим в кашель. – Такого не может быть! Что-то странное, что-то дурное: всплески, судороги, рябь. – Его кудахтанье перешло в рыдания. – Этого не может быть! Я, наверное, сошел с ума!»

Льюс Тэрин исчез прежде, чем Ранд успел подавить его голос. Чтоб ему сгореть, если что-то и обстояло не так, то не с планом, иначе бы Башир налетел на Ранда, как селезень на жука.

И уж конечно, Льюс Тэрин сумасшедший. Весь вопрос в том, как долго сумеет оставаться в своем уме Ранд… Горькая выйдет шутка над миром, если Дракон Возрожденный лишится рассудка еще до начала Последней битвы. Он с трудом удержался от невеселого смеха.

– Займите свои места, – приказал он, взмахнув Драконовым скипетром.

Лорды недовольно ворчали, когда по указаниям Ранда их расставляли по местам. В большинстве своем они уже оправились от потрясения, вызванного схваткой в горах, и снова были готовы бороться за первенство.