Эстрада продолжил:

– Ты можешь приказать своим лучникам метнуть стрелы. Прольется кровь. Много крови твоих воинов, ибо стрелы твои падут на них самих!

– Чего же ты хочешь, говорящий от имени владыки за Большой водой?

– Отдай город нам!

– А что будет с моими людьми?

– Ты получишь право уйти из Каменного глаза. Но все кто пожелают, смогут остаться здесь. Отныне это земля короля Испании Филиппа!

– И кем будут те, кто останется? – спросил Пачу Камак. – Рабами твоего короля?

– Слугами короля Испании! – ответил Луке. – Я вот также слуга короля и католической церкви!

Пачу Камак задумался. На площади повисла гнетущая тишина. Решалась судьба отряда Эстрады и решалась судьба крепости Каменный глаз. Эстрада и Луке выглядели невозмутимыми, но вот Филиппе испугался. Он помнил страшного жреца по прошлому и думал, что он вот-вот появится на площади. Пот обильно стекал по его лицу.

Филиппе некогда жил в крепости Каменный глаз. И он был приговорен к смерти на алтаре Супая. Тогда ему удалось бежать, и он продлил свою жизнь. Но он помнил слова жреца, что никто не сможет избежать своей участи. «Рано или поздно, – кричал тогда жрец в темноту, бегущему Филиппе, – ты снова окажешься в моих руках! И тогда участь твоя будет много хуже! Запомни мои слова, предатель!»

И Пачу Камак заметил страх проводника!

«А ведь этот предатель боится! Я вижу страх на его лице! Значит его хозяева уязвимы?!»

Он поднял руку! Воины крепости восприняли это как приказ о готовности. Они боялись, но приказ алаека границы исполнили. Привыкли повиноваться. Луки поднялись и стрелы были наложены.

Падре де Луке тихо прошептал Эстраде:

– Пришло время молиться, Кристобаль.

– Проклятый индеец струсил, – ответил Эстрада.

– Ты о нашем Филиппе? Чего же ждать от дикаря?

Мгновения тянулись для испанцев как часы. И многие готовились к смерти. Теперь напряглись сами испанские солдаты. И Алаек отдал бы приказ, но все решил случай.

На дороге, которой только что прошагал отряд Эстрады, показались еще два белых человека. Причем их не ждали ни люди Эстрады, ни люди Пачу Камака. Это были Федерико Монтехо и Хименес из Арагона.

Выглядели они странно. На плечах Федерико Монтехо был плащ и ступал он по камням дороги босыми ногами. Хименес был в жутких лохмотьях и его густая всклокоченные борода, и волосы могли бы вызвать смех в иной ситуации.