И подумал, что, верно, не он один сходит с ума, если все и вправду так. Мысль неожиданно успокоила и даже как-то примирила с действительностью. Оно и вправду, вдвоем безуметь как-то веселее.

– И что пишут? – поинтересовался Кристоф, пытаясь разжевать кусок мяса. Мясо было жестким, но приправлено щедро, особенно красным перцем.

Брат-кухарь искренне полагал, что достаточное количество красного перца способно исправить любые недостатки исходных продуктов. А если не исправляет, стало быть, перца мало.

– Приглашают, – меланхолично отозвался Артан. – В гости.

– Тебя?

– И меня.

Перца в обители было много. Как-то, лет пять тому, один весьма благочестивый купец пожертвовал пять бочонков молотого. То ли излишки образовались, то ли еще что случилось, главное, хватит еще лет на пять.

К сожалению.

– Вот так прямо? – Кристоф и жевать прекратил, но к вину потянулся, осушив кубок одним глотком. – Чтоб тебя…

– Не меня.

– И не тебя. Постоянно забываю, до чего у вас тут все… суровое.

Он икнул.

И протянул руку. Пробежался взглядом по строкам. Хмыкнул.

– И что делать будешь?

– Не знаю, – Артан отобрал письмо у брата. – Надо ответить? Или нет? И что сказать? Оно как-то… понимаешь… так вот…

– Противоестественно?

– Именно. Чтобы он и меня… и… и благословения?

– А тебе что, жалко?

– Благословения? – уточнил Артан.

– И его тоже. Сам подумай, что ты, в конце концов, теряешь?