А она ощутила бы близость тьмы? Когда-то давно, когда живы были раны земли, его предки пытались решить проблему привычным путем.

И вызывали демонов.

Низших.

А те уходили во тьму и… растворялись в ней.

В дневниках сохранились отметки. Сухие строки. О разрыве связи. Развоплощении. О поглощении сути. О том, что тьме все одно едино, кем питаться, людьми ли или же тварями мира Хаоса.

А еще о том, что демоны, кровожадные, безумные, тоже способны испытывать страх.

Тогда Ричарду не верилось.

Сейчас он перелистывал страницы очередного дневника, пытаясь найти упоминание о той, уничтоженной, деревне. Случилось это не сказать, чтобы совсем уж давно. Следовательно, записи должны были сохраниться.

Определенно, должны были.

И они сохранились.

Год тысяча двести семьдесят третий от низвержения Младшего бога.

Ранняя зима.

И долгая. Снега. Морозы. Зиму Ричард любил. Нежить не жаловала холода и забивалась по норам, люди тоже как-то успокаивались в своих желаниях добраться до сокровищ. В общем, хорошее тихое время.

Легионы и те впадали в полудрему и сил расходовали много меньше обычного.

…весна.

И скворцы прилетели. Важно ли это? Пожалуй.

Рождение младшего сына у младшего сына. Празднование. И вновь же кратко, отстраненно. А ведь это отец Ричарда… надо же. Знакомое имя. А… а ведь он не открывал эти тетради.

Почему?

Записи… и снова записи. Прадеда – скудные, но касающиеся всего и сразу. Хозяйство. Люди. Лошади. Заготовка зерна и сена. Купцы. Серебряные прииски. Добыча золота.

День за днем.