— И все же вы пытаетесь меня запугать. — Он хлопнул ладонью по столу. — Так вот вам, сеньоры. Я и без ваших тупых шуточек и дурацких предложений знаю все о своем положении. И, возможно, к вечеру все те, кто считает себя моими женами, уже станут вдовами. Но вы-то этого не увидите. Я выставлю на пиках ваши головы, как только Муцио и все эти чужестранцы пойдут на штурм. И чтоб вам не было скучно, рядом будут скалиться головы кардинала и вашего адмирала. Так-то вот.

— Это не так. — Камдил не спеша сложил руки на груди.

— Точно-точно, — поддержал мсье Рейнар. — Как говаривал старик Данте: «Земную жизнь пройдя до середины, я очутился в сумрачном лесу».

— При чем тут Данте?

— Мой друг хотел сказать, что вы заблуждаетесь, и это заблуждение открывает для вас мрачные врата адской бездны.

— Вот как? Заблуждаюсь?! Кто же помешает мне казнить вас?

Камдил сплел пальцы в замок. В полумраке таверны появились две светящиеся руки, одна из них с силой ухватила Андреа за волосы, оттягивая его затылок вниз, другая прижала к горлу кондотьера отточенное лезвие кинжала.

— Мне убить его? — послышался из темноты голос.

— Пока нет, но будь рядом.

— Слушаюсь и повинуюсь, добрый господин.

Руки исчезли. Браччо быстро обернулся, ища глазами притаившегося врага, но тщетно: рядом с ним никого не было.

— Монсеньор, — призвал Вальдар, — надеюсь, я вполне ответил на ваш риторический вопрос, и вы наконец выслушаете мое предложение.

— Черт бы вас побрал, — недовольно буркнул Андреа, усаживаясь на стул во главе стола. — Я вас слушаю.

— Даже Господь всемогущий не способен сделать бывшее не бывшим. Однако же, монсеньор де Монтоне, в наших силах сделать так, чтобы все решили, что то, что есть — это именно то, что должно было быть.

— Это что-то слишком мудрено. Я сохраню свою жизнь?

— Да.

— Мои люди останутся живы?

— Все мы смертны, — вздохнул Камдил. — И потому в свой час каждый отправится к праотцам. Но если вы согласитесь на мое предложение, у вас и у ваших людей есть значительный шанс выжить, прославиться и, более того, получить законную часть общей добычи.

— Что я должен делать? — заинтересованно спросил кондотьер.

— Прежде всего вспомните, что вы сознательно пошли на союз с покойным Гедике Михельсом, чтобы связать ему руки и не дать скрыться в море с добычей.