Действительно. Одним краем «замороженный» взрыв теперь касался магической защиты, заметно искривляя поверхность и делая её не прозрачной, а матово-белой.

– Я думаю, – продолжал Денис, – Что сила защиты слабеет. Такую мощь взаперти держать непросто. Поэтому он растёт быстрее и скоро освободится.

– Может, он при этом клетку сломает?

– Боюсь, нам это никак не поможет. Такими темпами здание разопрёт быстрее, чем вскроет все ячейки. Как минимум, меня в угол зажмёт, мне не выбраться.

– А если сожжёт какие-нибудь управляющие аретфакты?

– Возможно, тогда стены отключатся. И капсула, которая удерживает взрыв, тоже. Короче, если у тебя еще есть мысли, как нас отсюда вытащить, ты уж поспеши!

Я и так вовсю ломал голову, аж пар из ушей. Осматривал место соприкосновения шара с защитным барьером. Яркость была почти солнечная, невыносимая для глаз, поэтому я улёгся на пол, прикрыл лицо одной ладонью, а другой вёл вдоль края барьера.

– Есть! Есть, Денис, тут барьер проломлен! Может быть, поэтому так быстро растёт, они мешают друг другу!

– Что нам это даёт?

Я усмехнулся, ужом протиснулся между шаром и каменной стеной, где образовалась щель почти полметра шириной. Довольный, я показался Денису по ту сторону шара.

– Ты обалдел? Зачем?

– Как зачем? Это же выход! Сейчас придумаю, чем зацепить этот шар, притолкаю его к тебе, взломаю стену и выпущу. Потом и остальных!

Денис смотрел кисло.

– Не дури! Сейчас же вылезай обратно!

– Да почему?

– Одно прикосновение к барьеру увеличило размер вдвое. Если ты начнёшь шевелить его, можешь спровоцировать новый рост. Даже вылезть обратно не сумеешь!

– Да не паникуй, сейчас мы его…

– Не смей! Не понимаешь? Даже если ты допрёшь его сюда, здесь шар упрётся в потолок и в стену. Если это не вырубит сразу всю защитную магию, мы всё равно никак не сумеем вернуть его обратно, к той стене.

– Да и что с того?

– Стена не стеклянная. Это поток энергии. Как только ты сдвинешь шар, она восстановится. Мы оба окажемся в ловушке.