– Хайль Гитлер!

Удивленные мужчины и женщина, сидевшие за столом, поприветствовали его в ответ, но по сравнению с его идеальным представлением их приветствие выглядело слабо и посредственно.

– Оберштурмбаннфюрер Шнайдер, – представился мужчина, на лице которого особенно выделялся мощный подбородок, который нельзя было назвать просто угловатым. – По приказу фюрера я беру на себя руководство Управлением национальной безопасности. – Вытащил конверт и протянул его вперед: – Вот письменное распоряжение. Кто из вас Август Адамек?

– Это я, – сказал Адамек, направляя свое инвалидное кресло в сторону новоприбывшего.

Леттке заметил, как у того поднялась бровь, когда он увидел Адамека в инвалидном кресле. Малейший, но явный жест отвращения. Неужели ему не сказали заранее, что начальник НСА в инвалидном кресле?

Эсэсовец тут же взял себя в руки, вручил Адамеку конверт и наблюдал, как тот его вскрывает и изучает документ. За ним протиснулись другие эсэсовцы, в том числе три женщины, чьи воротнички выдавали их принадлежность Компьютерной дивизии. Все три блондинки, их волосы были заплетены в косы, замысловатым образом сложенные на голове, и они осматривали присутствовавших холодными глазами. Могли бы быть сестрами, подумал Леттке.

– Да, – сказал Адамек, ознакомившись с документом, – соответствует электронному письму, которое я получил.

– Хорошо, – сказал оберштурмбаннфюрер. – Значит, всё в порядке. Могу я попросить передать ключи и пароли?

– Проект, указанный здесь в качестве причины, – сказал Адамек, помахивая приказом фюрера, – «Молот Тора» – вам известно, о чем речь?

Эсэсовец покачал головой.

– Только то, что он совершенно секретен. – Он требовательно протянул руку, но не повторил свою просьбу.

Адамек вздохнул, сложил письмо, объехал вокруг своего письменного стола, открыл ящик, достал толстый коричневый конверт и вручил его оберштурмбаннфюреру. Было слышно, как внутри гремят ключи, вдобавок Адамек передал и связку ключей, которую держал в руке.

– Замечательно, – сказал эсэсовец. Открыл конверт, достал оттуда несколько листов бумаги и бегло просмотрел их. – Гассман, – сказал он командным тоном.

Одна из женщин сделала шаг вперед, встала по стойке смирно.

– Оберштурмбаннфюрер?

Протянул ей два листа.

– Займитесь этим.

– Слушаюсь, герр оберштурмбаннфюрер, – прокартавила она. Затем огляделась, обратила свой холодный взгляд на Розмари Фелькерс и спросила: – Вы руководите отделом программирования?

Леттке увидел, как Фелькерс неловко сглотнула.