— Слышь, болезный, подъем!

— Что?

— Подъем, говорю!

— Где?

— Очнись уже, ты заказ сделал?

— Что? Заказ? Да, сделал.

— Пошли, отдавать будешь.

— Куда, зачем?

— Мужик, твою мать! У тебя что программа такая — тупить постоянно?

— Нет, нет, я понял, заказ.

— Ну так пошли забирать его, до конторы дойдешь?

— До конторы?

— Да, пилять, до конторы, пошли уже!

Кое-как запалив тонкую свечу, писарь развернул передо мной мой заказ.

— Мужик, да у тебя талант, какого беса ты живешь в этой конуре? Неужто все так плохо?

— Плохо, — пожаловался мне писарь, — люди письма не пишут, разве что староста в город с обозом отчет пошлет.

— Понятно… Ладно, займусь я тобой, держи свои деньги не пропей все сразу, завтра ты должен быть трезвым. А сейчас мне еще нужны перья, чернила и эта хрень, красная такая, на которой печати ставят.

К счастью, все необходимое, включая сургуч у писаря нашлось. Я похлопал его по плечу:

— Бывай, а мне печника опять до ручья тащить, он за это время опять до невменяемости допился.

— Какого хрена? Ты кто такой?