— Её-то зачем?!

— Чтоб была… есть мысль развернуть производство, после передадут папочку, почитаешь… лицензии-то получим, не проблема, а на особую линию некромант нужен толковый. Но у нас их ныне целых два, так что…

Беломир закрыл глаза и подумал, что горбатого и вправду только могила исправит.

Почему-то это не злило.

Вот совершенно.

Эпилог

Эпилог

Платье было красным. Темным, цвета тяжелой венозной крови, светлеющим к подолу, чтобы обратиться в тонкие языки пламени. Расшитые драгоценными камнями, языки эти оживали при малейшем движении, и казалось, что Калина и вправду того и гляди вспыхнет.

— Чувствую себя куклой, — мрачно сказала она, вперившись взглядом в зеркало.

— Красивая, — вздохнула Ксюха, которая устроилась на подлокотнике кресла. Сама-то она в легком брючном костюме казалась совсем молоденькой и непривычно-хрупкой.

— Очень красивая, — поддержала я.

— Но кукла.

— Ты? — вот кто уж никогда куклой не был, так эта Калина.

Она придирчиво осмотрела свое отражение в зеркале, а я ощутила легкий укол зависти.

— Если бы вы знали, как мне это все надоело… — она подняла руку, и на запястье блеснул алым светом рубиновый браслет.

Не тот.

Те исчезли, как ныне принято считать, безвозвратно. И правильно. Нехорошо отбирать подарки у богинь. Но эти драгоценности, поднесенные Бестужевым-старшим, были хороши.

Настолько хороши, что последние две недели в сети только их и обсуждали.

Ну и Калину, само собой.

Драгоценностями восхищались, а что касается Калины… в общем, комментарии я старалась не читать. Справедливости ради, мне доставалось не меньше.