– А когда она будет готова?

– Год, может, два. Ее рост сейчас идет быстрее, чем в первые годы жизни…

– Невероятно точные прогнозы.

– Это не прогнозы, – уловила его издевательство Розали. – И сделай уже что-нибудь с этим подозрительным удивлением, которое ты здесь изображаешь. Будто мы недостаточно унижены, чтобы еще начать грызню между собой.

Машины сбавили ход и остановились у ворот загородного дома Ратмановых. Розали снова глубоко вздохнула, оглядывая трехэтажный особняк с широкими балконами сквозь тонированное окно машины, а ее неровное дыхание оставило запотевший след на стекле:

– Представление начинается.

Лоренс намеренно промолчал, сделав вид, что его отвлек скрип распахивающихся ворот. За ними скрывался просторный сад, освещенный парящими сферами. Новый управляющий братьев встречал гостей на дорожке у дома.

Для эффектного появления, на котором настаивала Розали, всем пришлось разодеться, как членам королевской семьи. Впереди Гаэтано в парадном смокинге вел Матильду. Сама Розали шла под руку с Лоренсом в длинном черном платье на корсете, расшитом зеленым кружевом и мелкими стразами, составляющими павлинье перо вокруг ее тонкой талии. Дерэнт и Реми замыкали процессию.

На входе в гостиную показался Игорь. Борты его темно-серого фрака расходились в стороны, руки были убраны в карманы брюк из плотной ткани. Он расхаживал, продолжая поддерживать веселый разговор. Ратманов вдруг остановился и рассмеялся. Этот смех был живой и искренний, абсолютно не вязавшийся с его обычно угрюмым видом.

– Изображают, что не очень-то и ждут нас, – шепнула Розали на ухо Лоренсу.

– С момента приезда я вижу Игоря в третий раз, и впервые он не в халате, – в ответ заметил Лоренс, чем вызвал одобрение в глазах матери.

Чем ближе они подходили, тем шире становился угол обзора. Виктор сидел на спинке дивана в расстегнутой белой рубашке. Его галстук был перекинут через шею, а черный пиджак лежал рядом на кресле.

– С твоей нерешительностью я бы поспешил, – отсмеявшись, продолжил говорить Игорь. – Ты почти год не мог выбрать себе первую гитару. «Фендер Телекастер» или, может быть, «Джазмастер», – в рифму басил он. – А что теперь? У тебя одиннадцать гитар, и ты каждый раз по часу раздумываешь, на какой побренчать десять минут.

– Ты путаешь нерешительность с обстоятельностью. Из-за нее я никогда не сомневался в своем выборе, – с легким уколом ответил ему Виктор и поспешил затянуть галстук, когда заметил управляющего, идущего на несколько шагов впереди гостей.

Доплыв наконец до Ратмановых через бесконечный коридор, Лоренс дал Розали выйти вперед и с вежливым кивком принял руку Матильды, которую бережно передал ему Гаэтано.