Однако, чтобы исцелить моих временных союзников, требуется ничтожная доля усилий. И одновременно с моим уходом, больной открывает глаза.

Второй.

Дальше я громадными прыжками, в десятки и сотни миль, путешествую из тела в тело. Проникновение, несколько минут или часов внутри, выход, короткий стремительный полет, покуда хватает сил, поиск, и погружение в очередное тело.

Мужчина.

Мальчик.

Смена реальности.

Женщина.

Мужчина.

На шестом прыжке я все же изменяю своему новому правилу – пролетая над заброшенным строением, и успевая заметить, как благообразный, несколько чопорный господин в плотоядной усмешке заносит нож над молодою девушкой, чьи руки связаны липкою лентой.

Я давным-давно дал себе зарок не вмешиваться в дела людей. Но недавно на моих глазах от ужаса умирала девушка, дабы насытить своим страхом логуса.

И я нарушаю его.

Ничтожная доля секунды, и несостоявшийся убийца замирает. Затем одним движением перерезает путы, и отбросив нож, ждет, пока не верящая своему спасению девица, спотыкаясь, бежит к выходу.

К счастью, мне в другую сторону. Будь нам по пути, вряд ли я смог объяснить ей причину такого чудесного освобождения.

В его обличье я иду к оставленному в храме телу. До него, если мои чувства не ошибаются, еще далеко.

Через несколько часов я оказываюсь вблизи Эфиопского нагорья. Половина пути пройдена.

Целых шесть часов потребовалось мне на преодоление расстояния от Балканского полуострова до центра западного побережья Африки. Быстро, если брать в расчет обычные средства перемещения. Бесконечно долго, если вспомнить мои вчерашние возможности.

Телу этого убийцы нужен отдых. Я сажусь на поваленный ствол дерева.

С трех сторон простирается бескрайняя саванна. Сзади широкою стеной встают джунгли, зеленеющие у подножия гор. Диких зверей я не боюсь, они и близко не рискнут подойти ко мне, прекрасно чувствуя, кто на самом деле находится внутри этой заурядной оболочки.

Когда придет пора, я покину это тело. Покину, как и пять предыдущих. Прежний я без колебаний лишил бы это тело его черной души. Теперешний я не вмешается, довольствуясь лишь освобождением той девчонки.

Ежели у убийцы есть ум, он не вернется обратно, сделав соответствующие выводы.