Эсмеральда скривилась от отвращения.

– Ты что, не понял, Маркиз? Она проклята! На ней порча!

Почему я так стараюсь им понравиться?

Может, потому, что они не лицемерят.

Может, потому, что эти «вонючки» считают себя хранителями святилища.

Вокруг с жужжаньем носились мухи. Искупленцы с удовольствием чесались.

– Герцогиня права, Прин… девчонка вытянула нас со свалки, из-за нее мы потеряли деньги, подставились полиции, если ты, конечно, понимаешь, о чем я?

– Вместе с Принцессой мы спасли людей, – напомнил Орландо.

– И что получили? Ни спасибо, ни пожалуйста. Даже в газете не написали!

– Почему же? Написали! – язвительно захохотала Эсмеральда, помахав газетой. – Читаю: «Администрация метрополитена после жалобы пассажиров на вторжение особо вонючих бомжей и неоправданное использование ими стоп-крана примет меры и будет более бдительна к антиобщественному поведению в поездах и на станциях метро». Вот они, неблагодарные буржуины, которым мы спасали жизни! Так что пусть валит отсюда мелкая поганка. Она много чего нам испоганила!

Никто не пошевелился. Ким снова отчеканил:

– Она и я. Ни ее, ни меня!

Я не ослышалась? Неужели у меня впервые в жизни появился человек, который меня поддерживает?

Эсмеральда с презрительной усмешкой бросила Киму:

– Ну и мотай отсюда, жалкий кретин!

– Угомонись, Герцогиня, – вмешался Орландо. – Ты прекрасно знаешь, как нам нужен Маркиз. Он наладил нам электричество и связь. Он добывает из компьютеров золото, а это основной наш доход.