– А как у вас прошли первые… месячные?
– Было больно, но потом я обрадовалась. Я боялась, что у меня никогда ничего не будет. Ты же знаешь, мы так избавляемся от отходов. От неоплодотворенных яиц.
Кассандра, помолчав, задала еще один вопрос, который ее тревожил.
– А как было, когда у вас в первый раз была любовь?
– Точно так же. Сначала было больно, а потом я обрадовалась. Думаю, будь у меня ребенок, было бы то же самое. Что ни говори, а для женского организма эти три события самые главные.
– А вы не могли бы, Герцогиня, рассказать мне… подробнее про первый раз…
– Если хочешь, Принцесса.
Эсмеральда посмотрела на Кассандру с улыбкой.
– Мне было шестнадцать, и ему тоже. Для нас обоих это было в первый раз. Мы были в поле, он повалил меня на траву и навалился на меня. А там был как раз муравейник с красными муравьями. Но я не решилась ему сказать, уж очень он был возбужден. Так что боль была с двух сторон.
– А когда он вошел, больно было?
– У меня плева была прочная. Он штурмовал ее, как войска штурмуют крепость. И раз, и два, как будто…
– Спасибо, Герцогиня, не продолжай, – оборвала ее Кассандра и выпила еще рюмку.
– Ты делаешь успехи, Принцесса. Пьешь, как настоящая пьяница. И я видела: плюешь тоже совсем неплохо. Осталось только курить, ругаться и пердеть, и ты станешь достойным членом нашего общества.
Эсмеральдо ласково потрепала девушку по щеке.
– У меня был чудесный день, спасибо тебе, – призналась она. – Давным-давно я так не…
– Увлекалась новой идеей. Я считала, что проекты – дело молодых. Но безумной идеей министерства будущего ты дала новый шанс обитателям Искупления.
Рыжая поправила волосы и спрятала крестик в глубокую долину, видную в декольте.
– Я тебя зауважала, Принцесса.