Так работал мой брат. Он оперировал точными цифрами, а не плавал в тумане. Теперь я вижу размеры катастрофы.
Она вгляделась в листок с цифрами, охваченная острым желанием во что бы то ни стало остановить демографическую и экономическую катастрофу.
Затем смяла свою записку и выбросила в мусорную корзину Кима.
Живот вновь напомнил о себе болью. Кассандра не привыкла к тампону, он мешал ей, но она не решилась его вытащить.
Почему мне так больно?
Почему мне так больно?
И она нашла ответ, который показался ей удовлетворительным.
Мой организм говорит мне, что готов к деторождению, но, к сожалению, он не был оплодотворен. И он наказывает меня. Тело заставляет меня заняться любовью.
Мой организм говорит мне, что готов к деторождению, но, к сожалению, он не был оплодотворен. И он наказывает меня. Тело заставляет меня заняться любовью.
Кассандра взглянула на Кима Виена.
С ним?
С ним?
Паренек повернулся во сне, по-прежнему улыбаясь.
Он привлекательный. Красивое тело. Красивый рот. Красивые руки.
Он привлекательный. Красивое тело. Красивый рот. Красивые руки.
В интернате девчонки говорили, что по пальцам мужчины можно узнать о его члене.
В интернате девчонки говорили, что по пальцам мужчины можно узнать о его члене.
Кассандра улыбнулась.
И отвела глаза от пальцев Кима.
Может, он видит меня во сне. Возможно, я его возбуждаю. Он может видеть, как мы занимаемся с ним любовью. Он меня раздевает, я ласкаю его, целую.