– Да, у меня герб, – скромно признался астролог. – На нем изображены лебедь, рука с мечом и мельница.
– И вашим предком был тамплиер-визионер?
– В тысячном году у него было видение. Он увидел, что будет в двухтысячном, и мужественно и внятно описал это. Мне бы, конечно, хотелось в двухтысячном году увидеть, что будет в трехтысячном. Так каждую тысячу лет представитель семейства де Везеле открывал бы людям будущее.
Напразу очень понравилась эта идея.
– Мы, собственно, и приступили к изучению третьего тысячелетия, – улыбнулся он, поворачивая вертел с Либерти Бель над костром.
– Нужно еще многое уточнить, – признала Эсмеральда. – Одно дело, крупные события, а другое – обычная жизнь. Например, как вы думаете, что в будущем будут есть?
– Водоросли, – предположила Кассандра.
– Насекомых, – прибавил Напраз.
– Сою или что-то в этом роде, – высказал свое мнение Везеле.
– Если мы предполагаем перенаселение и войны, то люди будут есть людей, – вздохнула Эсмеральда. – В кризисные моменты всегда возрождается каннибализм.
И тут же задала новый вопрос, чтобы уйти от неприятной темы.
– А какая будет одежда?
– Они будут использовать аэрозоли и расписывать все тело оберегами.
– Они будут жить в стеклянных шарах или высотных зданиях с кондиционерами и смогут ходить голыми.
И снова до вечера искупленцы с энтузиазмом рассуждали о будущем. Занимались гимнастикой ума, видели сны наяву. Стоило прозвучать вопросу, как сыпался дождь ответов.
– Лично я вижу спальные кварталы.
– Справедливо, но не такие, как у нас теперь. Я думаю, люди будут жить в герметичных контейнерах, защитившись от загрязнения и микробов. Контейнеры будут сложены в гигантские пирамиды. Восторжествует частная жизнь. Людям ничего не понадобится, кроме компьютера, чтобы общаться с другими в сети.
– Я думаю, люди мутируют. У них появятся новые способности, как появились у Кассандры. Они станут гораздо чувствительнее и будут чувствовать разные вещи, – высказал свое мнение Орландо.
– Да, вполне возможно, Кассандра прототип людей будущего, – согласился Шарль де Везеле. – Во всяком случае, ее родители хотели именно этого.